Танец на острие клинка

Подкинула его на ладони, оценивая, получится ли попасть в змею, а потом вдруг подумала, что эфа — тоже оружие. Смертельное. Если её правильно использовать, смогу избавиться от похитителя навсегда.

Примерилась и бросила камушек, стараясь попасть Абду в нос. Но или тот спал слишком крепко, или мой камушек недостаточно сильно его ударил – наёмник продолжал храпеть. Подобрала ещё несколько мелких обломков стены и стала метать их, целясь в нос спящего.

С третьего раза мужчина заворчал что-то невразумительное и легко взмахнул рукой.

Эфа, до того спокойно дремавшая на груди человека, беспокойно приподняла голову. Бросаю ещё один камень, делая замах посильнее.

– Эй, там! Хватит шутить! – пока ещё сквозь сон буркнул Абд, отмахиваясь рукой. Словно муху от лица отгонял.

Такого пригревшаяся гадина не стерпела. Она в молниеносном прыжке вцепилась мужчине в запястье. А я, забыв о маскировке, юркнула между верблюдами и закрыла уши.

Потому что знала, что сейчас случится. Умрёт он. Скоро, но в мучениях, будет корчиться и орать от боли.

И об этом учитель говорил, как и о том, что, если человек до укуса змеи, пил алкоголь, то смерть почти неизбежна.

Покрепче зажав уши, я считала удары сердца. Пятнадцать раз по восемьдесят. Кажется, уже всё должно закончиться. Пора выходить. Кто бы знал, как страшно!

Выглянула из-за своего живого укрытия, но в другой комнате уже ничего не было видно. Темнеет быстро. Ещё чуть-чуть, и наступит ночь. Надо выбираться.

Взяла верблюдов и, молясь Всесущему, чтобы и Абд уже отмучался, и эфа уползла, повела их к выходу.

Крадусь вдоль стены к едва светлеющему просвету, верблюды послушно идут за мной, но недовольно фыркают. То ли смерть чуют, то ли змею. И это заставляет меня торопиться. Даже по сторонам не смотрю, боясь увидеть искажённое болью, отёкшее лицо мёртвого наёмника.

Когда выбралась из развалин, облегчённо вздохнула полной грудью. Вот она, свобода! Над головой небо звёздами усыпано. Сориентировалась по яркому глазу прекрасной Аль-Кутб* и потянула своего верблюда вниз, чтобы сесть на него.

На лодыжке звякнули бубенчики рабского браслета…

Вот и вся свобода. От одного хозяина к другому бегу. Но отчего-то знаю, что та дорога мне судьбой назначена.

*Аль-Кутб – (ось) Полярная звезда (арабский).

Мне показалось, что верблюды и сами с радостью бежали от ужасных развалин, в которых мы провели полдня. Оглушённая произошедшим, я была погружена в тяжёлые думы о своей злосчастной судьбе и дала животным полную свободу.