Двое непутевых. Русальная неделя.

Сердце наполнилось такой болью, что я едва снова не потеряла сознание.

Как же так? Не верю…

В груди застрял огромный ледяной ком, не позволявший ни вдохнуть, ни выдохнуть. А еще внезапно пришло осознание того, что я привязалась к Мише куда больше, чем думала сама. И что он смог проникнуть в мое сердце гораздо глубже, чем просто друг, хотя раньше я и отказывалась принимать этот факт…

– Да вставай ты, волк позорный! – в бессилии ткнула оборотня в плечо, уткнувшись ему в грудь. – Вставай, слышишь! Я ведь без тебя не смогу!

Бесполезно.

Миша даже не шевельнулся, хотя я насквозь промочила его футболку своими слезами.

– Ты, может, и непутевый волк, но зато мой, родной… – всхлипнула я, и добавила, совсем тихо: – Любимый…

– Любимый? – хрипло произнес Миша, открывая глаза. – Значит, и без омелы поцелуешь?

– Ты что, притворялся? – возмутилась, принявшись бить волка кулаками в грудь. – Да я же чуть не умерла от страха! Гад! Псина сутулая!

А потом заплакала с новой силой, и склонившись, поцеловала его.

– Мне трудно дышать… – прохрипел волк, когда отстранилась. – Хотя ради такого стоило потерпеть.

– Тебе больно? – встревожилась я, сразу перестав ругаться, и принялась разглядывать парня на предмет повреждений. – Может Злата даст тебе какую-нибудь настойку?

– Забыла, что ли? Регенерация оборотней лучше любых настоек, – гордо расправил плечи Миша. – Хотя еще от одной игры с щукой я бы сейчас не отказался, чтоб стресс снять. Я безумно напугался за тебя, Мира…

И подняв руку, он большим пальцем погладил меня по щеке с непередаваемой нежностью.

– Кхм-кхм, кончайте голубки, – сбоку раздался недовольный голос Сони. – И может кто-нибудь объяснит мне, почему на тебя, убогая, натравили мракотворца? Его ведь явно натравили, иначе попались бы все…

– Натравили, – согласно закивала Злата. – Но судя по оберегу, Мира ожидала чего-то подобного, и теперь мне интересно, кто же она такая, и почему из-за простой русалки по академии разбрасывают смертельно-опасные растения?

– А может сперва в комнату переместимся? А то пол тут холодный и жесткий, – предложил Миша, поднимаясь на ноги.

Девчонки согласно кивнули, помогая подняться и мне. Волк тоже в помощники рвался, но его самого пока что шатало.

– Готовилась потому, что это уже второй раз… до этого был плющ какой-то стремный… – поглядев на подруг, протянула я, когда мы оказались в спальне.

А потом все им рассказала – о покушениях, о родителях и прочем. В конце концов, они меня спасли (вместе с Мишей).