Двое непутевых. Русальная неделя.

Но все это конечно не перевешивало того факта, что родители нашли меня в пруду. Ведь я всегда считала их родными, а теперь узнала правду…

И никак не могла с ней смириться.

Но и грустить долго не могла – такое было не в моем характере. А потому, когда грустно мне все же становилось, я пыталась утешить себя одной простой, но вполне реальной мыслью – скоро попаду в Академию.

Нет, учиться там у меня желания отнюдь не прибавилось, да только в академиях обычно бывают книги. А в книгах есть шанс найти ответ на главный вопрос, что меня теперь заботил – кто мои биологические родители?

Наконец, вечером последнего дня августа, я легла спать пораньше, пока мама суматошно перебирала мои вещи, наверное в сотый раз за это время.

Утром первого сентября подскочила ни свет, ни заря. Умылась, почистила зубы, поглядела в зеркало – вроде жабры не торчат, и то хорошо. Надеюсь, в сказочном мире тоже не вылезут.

Мама уже суетилась на кухне, стряпая для меня последний «человеческий» завтрак. Папа там же пил кофе.

– Готова? – спросили они хором, едва появилась на пороге.

– Без понятия, – честно ответила я. – Но вариантов все равно нет.

– А как будет происходить это твое перемещение в Академию? – поинтересовалась мама, накладывая мне блинчиков.

М-м-м… вкусно.

– Без понятия. Я этот пункт не прочитала, он был мелким шрифтом. Но Миша сказал, что всех телепортируют ровно в девять утра. Наверно надо будет взять в руки чемоданы, или типа того, – пожала плечами.

– Мира, ну вроде не ребенок уже, а подготовиться толком не сумела… – мама укоризненно покачала головой.

Ну а я тут при чем? Кто такую важную информацию в самый дальний угол засовывает? Зато имя мое крупно вывели, будто сама его не знаю…

Впрочем, в худшем случае перенос просто не состоится, и тогда я останусь здесь. Правда из универа меня уже отчислили, ну ничего, что-нибудь придумаю.

– Мира, ты переодеваться думаешь? – спросил папа. – Скоро уже девять.

Ага, точно, переодеться. Все же являться в сказочный мир в шортах и футболке не лучшая затея.

Кивнув, поспешила сменить наряд. Рубашку и юбку-карандаш подготовила заранее, так что времени это много не заняло.

Родители обняли меня на прощание. Мама и вовсе расплакалась, а папа еще держался, хотя лицо у него было, словно я не в сказочный мир ухожу, а в загробный.

Ровно в девять уже стояла с чемоданами наготове. Но ничего не произошло.

– Ну все, отмена операции, – проговорила, выждав пару минут для верности.