Путь в Эльдорис

Я, несколько робея, приблизилась, и старейший сложенными особым образом пальцами дотронулся до середины моего лба и произнес:

- Благословляю тебя, Тания, на путь и радуюсь, созвучно Мирозданию, его воли на принятие тобой дара водной стихии. Зайди, Лаир, - сказал он, лишь слегка повернув голову к двери. - Это платье - тебе. Развернешь его и наденешь на инициацию. Ливолис объяснит тебе, что делать. А сейчас нам пора.

- Спасибо, - еле слышно поблагодарила я, потрясенно взирая на сверток.

- Береги себя и свою ати, Ливолис, - поклонился старейший Ливу, и Лив, отмерев, поклонился в ответ.

- Мы еще увидимся, Тания, - сказал он мне и ушел.

Я рассеяно попрощалась с двумя другими мужчинами, так и не сказавшими нам ни слова, и с принесшей платье девушкой.

- Теперь мы должны уйти?

- Нет, думаю, нам позволят остаться еще на одну ночь, если мы захотим. Нам сообщит наша проводница.

- О чем они говорили, Лив? Что началось не сейчас? Тот твой сон...

- Да. Имеет отношение. Угроза открытия подобного прохода уже существовала.

Пространство истончилось до предела, портал был почти открыт. И если сейчас это и вышло случайно, то тогда являлось самоцелью. Но они не успели. Портал был запечатан.

- Это сделала она? Та девушка из сна, она закрыла портал?

- Да. Арлаина была моей невестой и она запечатала портал ценой своей жизни.

Я опустила голову.

- Лив...

- Я надеялся, хотел верить, что та история закончилась. Что она отдала свою жизнь не зря.

Я желала, но решительно не представляла, как могу утешить его.

Мне хотелось подойти и обнять, но я точно знала, что от этого будет только хуже.

- Почему это не могут сделать маги из Совета? Почему нельзя объединиться всем?

- Сотворчество - очень сложная вещь. Для него необходимо полное слияние. Это невозможно без родства душ, без... - Лив неожиданно осел на колени и закрыл лицо руками. Он думал о ней. Он любил ее. Он мог бы творить с ней.

"Он никогда не примет меня", - в тот миг эта мысль впервые столь отчетливо прозвучала у меня в голове.

- Разве ты не говорил мне, что на Эльдорисе не верят в смерть? - спросила я, и он поднял на меня свои глаза, наполненные безысходным отчаянием. - Кто я такая, чтобы говорить это тебе, магу-наставнику из пронизанного мудростью и волшебством мира? Но я скажу. Даже я, успевшая столкнуться лишь со смертью любимой бабушки, твердо верю: ей не будет легче от того, что ты страдаешь. Отпусти, - тихо добавила я и вышла, решив, что ему лучше побыть одному.