Двойное затмение

Она и сама не знала, зачем назвала Лариана так официально, озвучив титул и фамилию. Дизар счёл это подозрительным.

– Не сейчас, ваше величество.

– Именно сейчас.

– Хорошо. Только я буду рядом с Вами.

– Я не ясно выразилась, Дизар? Мне надо срочно поговорить с Ларианом! Наедине! Всего! Пять! Минут! – она осеклась на мгновенье и, взяв его за руку, заглянула в глаза. – Простите меня, Дизар… Я не хотела быть с Вами грубой.

– Вам не надо оправдываться, моя королева. Просто скажите, с Вами всё хорошо?

– Со мной всё очень хорошо.

Вы что же, подумали, что от Лариана может исходить какая-то опасность?

– Нет, ваше величество. Я просто должен был убедиться, что с Вами всё нормально.

– Дорогой Дизар, я уже не маленькая девочка. Очень Вас прошу, не надо меня так сильно опекать. А то я обижусь на Вас.

Начальник королевской стражи сдержанно улыбнулся:

– Хорошо, ваше величество.

– А сейчас последите, чтоб нам никто не мешал.

Королева взяла Лариана под руку и отвела за шатёр. Дизар встал на страже поодаль.

Но не только Дизар увидел состояние королевы и ответную реакцию Лари.

Ревнивый взгляд Линары неустанно следил за Ларианом с того момента, как он начал игриво перебрасываться словами с хорошенькими фрейлинами. Хотя, не исключено, что излишнюю игривость со стороны герцога дорисовывало неутомимое воображение Линары. Впрочем, она сама виновата. И по справедливости надо отдать должное Лари. Он ведь пробовал общаться с ней, даже попытался немного ухаживать, но она грубо пресекла все его попытки. Что ему оставалось делать? Девушки спросили его о чём-то, он ответил. Завязалась непринуждённая беседа. Так, от нечего делать.

Лари так и не понял, чего Линара от него хочет. Разговаривать с ним не желает. А когда он общается с другими, смотрит на него как бешеная кобра, давясь ядом. Только что не шипит. А если прислушаться, то, может, и шипит.

Линара действительно переживала не самое лучшее время. И увидев удалившуюся за шатёр парочку, искусала губы в кровь. Сначала служанка, потом фрейлины, а теперь этот «тет-а-тет» с королевой.

Она вся горела от ревности, сжимая до боли кулаки. Глаза лихорадочно блестели. Внутри всё клокотало.

Сложившуюся ситуацию Лин понимала по-своему. И в своих выводах уже не сомневалась. Вероятно, Мирахатан поставил королеве условие, при котором она должна немедленно выйти замуж. Ведь есть же такое постановление. И о нём говорят все, кому не лень. И, видимо, королева не смогла придумать ничего лучше, как озвучить кандидатуру Лариана.