Служанка из иномирья и эльфийский владыка

Ты же не хочешь разочаровать своего нанимателя?

И на этом краткий диалог был окончен – мадам ушла, оставив Элли в раздумьях. Сделать аборт, и и вернуться к Бернарду? Или позорно вернуться домой к матери? Но в одном Элли уверена – уже ничего не будет по прежнему, хоть мадам всеми силами будет цепляться за того влиятельного виконта, и за его власть. Вот поэтому, и решила скрыть нежелательную проблему в виде беременности, от которой Элли, и сама не в восторге. И с которой, увы, ничего не могла поделать, потому-что – боялась.

А боялась Элли мого чего. В первую очередь – осуждения, и позора. А ещё тот случай с украденными украшения сестры Берта...

– Надеюсь ты не такая мразь, – проговорила с надеждой в голосе. Как неожиданно дверь тюрьмы отворилась, и стражник, держа под руку Винни, провёл её по коридору мимо камеры Элли.

Элли проводила её удивленным взглядом:

– Дурная, а ты каким судьбами?

– За драку, – честно призналась. – Избила шестёрку Мэри. А тебя за что?

Элли усмехнулась, подумав: «А это точно Винни?».

И положив голову на колени, закрыла глаза.

Анна

Больше всего на свете, а точнее до попадания в темницу. А точнее, три дня тому назад, Анна хотела излечиться от аллергии. А потом может быть отруганной Мариан за всякое безрассудство, и прочую чепуху; но тогда эта женщина с удивлением разглядывала, красное лицо, и руки. Тогда кожа кое где распухла, словно от укуса осы, а где-то покрылась коричневой коркой. И это за десять минут, пока вокруг столпившиеся люди, смотрели на Анну, как на музейный экспонат, и тихо смеялись.

Вот тогда краем уха, и услышала знакомый голос сменщицы, что сказала кому-то:

– Так ей, и надо, разлучнице.

– Вот-вот, – согласилась вторая.

«Разлучница?», – подумала тогда. Впрочем это не та проблема, о которой нужно было беспокоиться в первую очередь; Мариан, спасибо ей, за руку отвела к местному аптекарю. И там, около его двери, шепотом предупредила:

– Винни, он опасный человек. Будь осторожна, – посмотрела в глаза. И хотела было сопроводить, но женщина отказалась.

Мол, я сама. И вошла без стука, еле сдерживаясь, что бы не зачесаться. А потом застыла на месте, когда увидела знакомое, из воспоминаний, лицо; молодой мужчина с грязно-белыми волосами, и с бледной, как у поганки, кожей, посмотрел на Анну своими серо-голубыми глазами. И закрыв книгу, усмехнулся:

– Какая встреча. Слышал, ты увела у Мэри – жениха, – и указав рукой в на табуретку, пояснил. – Присаживайся. Твоё лечение, и лекарства будут стоить пятьдесят бронзовых.