Убить дракона.

Кто там говорит, что бумага горит? Эй, глянь-ка на небо, кто так говорит. – И воздух, и ветер темны от золы, но белые крылья всё так же белы!

С тихим звоном откинулась крышка. И мы увидели лежащий на дне шкатулки простой лист бумаги.

- Что все это значит? – тихо спросил Павел.

- Это значит, что враги могут захватить нашу землю. Отнять леса, осушить реки… Но они не отнимут у нас НЕБО!!!

Я выхватила лист из шкатулки. И увидела, что напрасно назвала его простым! Белая бумага лучилась ясным светом, похожим на лунный.

И время от времени по ней пробегали синие искорки-звезды.

Пол вздрогнул в третий раз. Где-то глухо ухнул снаряд, к счастью, не долетевший до стен замка.

- Бежим на Дворцовую площадь! – крикнула я. – Ее пока враги не захватили.

- Зачем? Что ты хочешь сделать?! Что вообще сейчас происходит?! – пока мы мчались по коридорам, вопросы сыпались на меня со всех сторон.

- Хочу послать кое-кому весть. Точнее, крик о помощи!

Мы вылетели на площадь.

И я увидела черную стену клубящегося мрака, начинающуюся сразу за памятником государю. Но быстро отвела глаза от непроглядного ужаса и запрокинула голову в небо. Его теплая лазурь показалась мне единственным оплотом добра в этом спятившем с ума, искаженном мире! Несколькими уверенными движениями я согнула волшебный лист. Острые белые крылья затрепетали в ладони.

- Лети! – выдохнула я, подбрасывая самолетик вверх. - И передай тем, кто нас любит, весть, что мы в беде. Принеси спасение!

Белые крылья вздрогнули и вдруг начали расти, наливаясь сияющим серебром.

Ярко вспыхнули на них алые звезды. Самолетик свечой рванулся в небо! Выше крыши дворца, выше шпиля с флагом и часовой башни! Багровые вспышки трассирующих пуль прорезали небосвод. Но маленький гонец легко ускользнул от них. Качнул крыльями, взметнулся еще выше! И серебряной звездой растаял в синеве.

Глава 14. Дорогая, будь спокойна, если слово потеряла…

- И что теперь? – спросила Динка.

- Будем ждать ответа – сказала я. – Следите за небом и ждите оттуда вестей!

И, беспечно мурлыча песенку, я не спеша направилась ко дворцу.

Дождливым вечером, вечером, вечером, когда пилотам, скажем прямо, делать нечего, мы приземлимся за столом, поговорим о том, о сем и нашу песенку любимую споем. Пора в путь-дорогу, дорогу дальнюю, дальнюю, дальнюю идем. Над милым порогом качну серебряным тебя крылом...

- Женя! – окликнул меня Василий Юрьевич.