Убить дракона.

- А смысл? Наверняка сейчас опять кто-нибудь припрется! Такое впечатление, что даже тени во дворце успешно следят за твоим моральным обликом. Вот только не знаю – кто так развлекается? Призрак твоей жены или дух Ларри? Скоро мы будем являть собой иллюстрацию к «завлекалочке» в местном ресторане: «Можете привести с собой девушку, любовницу или жену. Но, если приведете всех троих сразу – ужин за наш счет»! Только мне сдается, что у нас случится не ужин, а крупный семейный скандал…

- С чего бы это? Ларри – меня бросила, жена, точнее – две, сами мне изменяли.

А мы с тобой и согрешить-то не успели. Так что – не вижу никакого толка в этом скандале.

- Но лучше, все-таки, до драки дело не доводить. У нас тут и так – все сложно и не весело.

- Вот – вот! А ты и утешить меня не хочешь.

- Тоже мне – утешить! Нашел икону – «Утоли мои печали»!

- Ты просто сама не знаешь – чего хочешь? Или меня боишься.

- Я – себя боюсь…

- Почему?

- Потому, что про меня дети говорят:

«Ты, мать – хреновый дизель, не заводи – не остановишь» - вздохнула я.

- Ты – не дизель! Ты – сумасшедшая птица.

Я улыбнулась.

- От птиц – тоже польза есть!

Сумасшедшие птицы, забывшие сон и покой, собираются в стаи и мчатся к сияющим звездам. Чтобы хоть на мгновенье прижаться к светилу щекой, надышаться теплом - и вернуться к покинутым гнездам. И пытаются жить, пробиваясь сквозь холод и лед. И пытаются петь – даже там, где их песен не слышат. И грустят по ночам, вспоминая волшебный полет. И мечтами своими, и прошлыми встречами дышат.

А колючие звезды скучают одни в вышине. И для птиц собирают на небе лучистые крошки. И мелодией тихой однажды приходят во сне. Чтоб скрипичным ключом притаиться на детской ладошке...

- Ладно, отставим лирику – вздохнул Павел. – Давай, что ли кофе варить. Может, успеем спокойно его выпить, пока народ не набежал.

Народ не набежал. Я жевала бутерброд с остатками любимой колбасы.

И болтала всякие глупости, стараясь сгладить не слишком приятное впечатление, оставшееся от предыдущего разговора.

А император молча вертел в руках пустую антикварную чашку со своим вензелем.

- Знаешь, я безумно люблю посещать незнакомые кофейни. Оно же ведь как? Придёшь в новое место и закажешь себе чего-нибудь совершенно непривычного. Это правило такое, так надо. Вот сидишь себе, краем глаза наблюдаешь за чашкой. Ногой болтаешь, вроде, о своем думаешь. А из-за чашки - раз! - Маленькая История выглянула. Если ничего подозрительного не заметит, то за ней вторая и третья, и еще..