Твое Слово

Она относилась к этому совершенно спокойно - не давала и намека на какой-то ответ, но была безупречно вежливой. Практически весь дом был оплетен каким-то плющом с маленькими голубыми цветочками, и когда я спросила о них Еву, оказалось, что в Империи это что-то вроде ухаживаний. Когда я поинтересовалась, кто за ней ухаживает, она развела руками со словами:

- Они никогда не исчезают, кто-нибудь всегда наколдовывает новые - я и уследить не успеваю.

Такая активность в сторону одной женщины могла бы удивить - но только того, кто не успел хотя бы с минуту пообщаться с Евой.

Одной ее улыбки хватало, чтобы настроение поднялось, а все тревоги улеглись; она была потрясающе внимательна, но совершенно ненавязчива; она буквально распыляла вокруг себя какую-то волшебную атмосферу, из-за которой хотелось притащить к ее порогу мамонта; она была очевидно умна, но это ни капельки не раздражало и не настораживало; у нее были восхитительные длинные светло-русые волосы и самое прекрасное на свете лицо, которое было прекрасно из-за той, которая под ним жила, а отнюдь не из-за правильных линий и длинных ресниц, которые тоже были в наличии!. .

В общем, я могла бы бесконечно перечислять, почему она практически идеальная женщина. И, полагаю, не только я.

Почему же практически, а не совсем идеальная? У нее был один недостаток, который, к сожалению тут же бросался в глаза, но который, как ни странно, все-таки никого от нее не отпугивал.

Она была бревном. В самом прямом смысле этого слова.

Двухметровая деревянная кукла, к которой привязали душу и лицо. Голем.

Конечно же, я собиралась выяснить, кто создал эту святую женщину, зачем, а главное - как. Если я не смогу отсюда выбраться, может я себе мужа так создам. Но спрашивать напрямую точно не собиралась - вдруг тут это каждому ребенку известно.

Хотя я, конечно, знатно прибалдела, когда огромная деревянная женщина разбудила меня с утра. И отреагировала довольно эмоционально. Но Ева меня простила, ведь, в отличии от меня, она была воспитанным человеком! Големом, то есть.

В общем, я сидела в своей новой комнате, за которую пока могла не платить, с нарисованной картой, в которой подробно прописано, как мне дойти до издательства, в которое мне написали рекомендацию, и с кошелем денег, из которых я все-таки не заплатила ни монетки хозяину кабака, потому что вообще про него забыла и просто ушла, и радовалась жизни. Пока все складывалось очень даже неплохо.