Твое Слово

Выглядело все так просто и однозначно, что наваливалась тоска. Я решила, что не буду торопиться, тем более голос этого барона Арино мне понравился: веселый, злой и очень осмысленный. Такой голос не может принадлежать кому-то глупому.

О морально-этической стороне вопроса о нормальности взяток мне, выросшей в российской действительности, где взятки - неотъемлемая часть культуры и менталитета во всех слоях общества, вообще сложно было судить.

Практически всех моих знакомых в этом отношении всегда шатало по крайностям: либо взятки это зло, зло, зло; либо - так устроен мир, не мне его менять, пойду дам денег врачу из роддома, где будет рожать моя жена.

Я пока никакой твердой принципиальной позиции на этот счет себе не придумала, тем более что в придумывании твердых принципиальных позиций я никогда не была сильна. В большинстве случаев, мне всегда было легко понять аргументы разных сторон и представлять какую-либо из них, признавая логичность приличной части доводов оппонентов, выглядело скорее как кривляние.

Кривлянием я, конечно, тоже порой занималась, но исключительно забавы ради. Эмоции редко застилали мне взгляд настолько, чтобы я могла всерьез встать в позу и доказывать какую-ту одну точку зрения, причем искренне. Ну вот сегодня такое со мной случилось.

И к чему это привело? К какой-то совершенно дурацкой ситуации, в которой я просто не хочу понимать чужие доводы, а мои никому не интересны. Ну и раз я пока не готова их понимать, то и думать об этом смысла нет.

Я умяла остывший пирожок, запивая его чаем и огляделась вокруг.

Комната на чердаке мне очень нравилась. Оставлять ее не хотелось. Если кто-то будет здесь жить после меня, я уверена, он будет жить не правильно, не так, как надо именно в этой комнате. Он не будет знать, что комнату зовут Агриппина, что у нее страстный роман с Творческим Беспорядком, и убираться в ней надо очень осторожно. Что ее надо почаще проветривать, а на рассвете она любит побыть наедине с собой.

Оставить здесь что ли какую-нибудь свою метку? Совесть засыпает, просыпается маленький вандал.

Я залезла под кровать, протирая белой рубахой запыленный пол, и маленьким ножичком для заточки карандашей нацарапала на полу небольшое солнышко.

- И что ты делаешь? - от неожиданности я дернулась и ударилась головой об кровать.

- Нельзя заходить без стука, - проворчала я, выползая из-под кровати.

- Ты пойдешь завтракать? - Борик сидел на корточках у кровати и старательно смотрел на меня с неодобрением.