Ведьма на работе

— Не знаю такого, — ответила я и накрылась одеялом с головой.

— Дора.

— Что надо?

— Открой.

— Р-р-р-р-р! — выдохнула я, откинула одеяло и босиком прошлепала к двери.

Пришлось повозиться с двумя шпингалетами, которые я завела себе накануне, в очередной раз проснувшись не в блаженном одиночестве.

— Чего надо? — хмуро спросила я, заслоняя проем.

— Того же, что и всем, — ответила неясная тень, и, без усилий подвинув меня в сторону, Шарад протиснулся в комнату с комком из одеяла и подушки. — Дверь закрой.

Я послушно защелкнула задвижки и только после этого с толикой раздражения уточнила:

— Ты чего шатаешься посреди ночи?

— Того, — в тон мне отозвался блондин, складывая свою ношу на полу и сворачивая одеяло так, чтобы на него улечься.

— Ты тут спать собрался? — не поверила я.

— А где? — вместо ответа спросил Шарад.

— У тебя отдельная комната есть, — напомнила я и указала пальцем на стенку, за которой как раз эта самая комната и располагалась. — Я, между прочим, выспаться хочу.

И при этом побыть в одиночестве. Это не вам приходится терпеть эту троицу и единорогов в собственной кладовке. Эти звери, между прочим, совсем не радугой испражняются! А вы?! Еще до завтрака ноги делаете и оставляете меня на целый день в этом «Доме-2».

Шарад сравнение не понял, улегся на пол и уже оттуда выдал:

— Если мы тут торчим, то Клубничка твоя ходит за мной хвостом и постоянно пытается заглянуть в глаза.

— Ну так разъясни девушке, что это бесполезно, — предложила я, забираясь в кровать и натягивая одеяло до подбородка.

— Она тут уже неделю, и ты мне такое предлагаешь? — фыркнул блондин. — Будто не ясно, что с этой девицей такое не выйдет. Она же заявляет, что у нее ко мне великое и глубокое чувство, а я еще просто не проникся.

— Или ломаешься, — хихикнула я и довольно улыбнулась.

— Именно, — согласился Шарад. — И никакие увещевания на нее не действуют.

— Глупый ты, Шарад, — пожурила я беззлобно. — Такая девушка, а ты нос воротишь. Вареник со Сметанкой ее на руках носят, когда она к ним благоволит, а ты!.

.

Шарад на полу лишь недовольно заворчал, не желая обсуждать эту тему.

— Даже Мэй с ней заигрывать пытается, но она его игнорирует, — добавила я.

— Мэй может делать все что угодно, — ответил Шарад. — Это его личное дело. А у меня от этой девушки уши вянут. Она трещит… И трещит. И трещит. Это нескончаемый поток слов. У меня от нее голова болит.

Я хмыкнула, хотя могла прекрасно понять блондина.