Вишнёвое сердце

Он гнал коня как на пожар. Своим появлением перепугал всех слуг и стражу. Заставил думать, что что-то произошло.

Тиллия Окхарт всклокоченная, разбуженная и с копной тканевых бигудей в седых волосах появилась на лестнице в компании служанок, когда юноша влетел в холл. Завидев женщину, он бегом через две ступени помчался к ней.

— Матушка! — он весело сгрёб её в объятия.

— Эврен, сынок, что стряслось?

— Матушка, ты не поверишь. Я получил приглашение о переводе на службу в Императорский дворец. Мне предлагают место в рядах клевретов.

Представляешь? Я буду клевретом.

Он показал ей золотой медальон с императорской короной.

— Я так горжусь тобой, — пожилая герцогиня ласково погладила его по щеке, а потом добавила с теплотой в голосе: — И хочу, чтобы ты забрал уже отцовский меч с каминной полки. Нечего ему там пылиться.

— Клевретам выдают посохи…

— Меч, сынок, нужен всегда, — жёстче повторила герцогиня. — Герцогский меч Окхартов по праву твой.

— Клевреты не носят титулы, — упрямился он. — Это запрещено уставом, чтобы не выделять никого.

Все равны…

— Пусть равны. Пусть не носят титулы. А мой сын будет носить отцовский зачарованный меч. И кто знает, когда он тебе понадобится.

Эврен покачал головой, дивясь упрямству своей названной матери. Эта женщина всегда удивляла его стойкостью и твёрдостью характера.

— Уговорила, — наконец, сдался он. — Но только ради тебя.

Герцогиня отстранилась с улыбкой на устах, чтобы получше разглядеть одного из своих горячо любимых детей. Она всегда им гордилась.

С самого первого дня, когда он непреклонно заявил, что без своего блохастого пса никуда с ней не поедет. Тиллия думала, что с мальчиком будет сложно. Но именно он осуществил все её мечты на счастливое материнство.

— Уже написал матери? — вдруг вспомнила герцогиня. С Раенной она и сама с удовольствием поддерживала отношения, а её муж шил для неё самые красивые наряды, в которых она блистала на всех светских приёмах.

— Нет. Я хотел завтра к ней поехать. Сначала прибыл к тебе.

— Хорошо, — Тиллия одобрительно кивнула. — Она будет рада.

На дне колодца

Моим читателям посвящается

По замшелой, обветшавшей кладке можно было предположить, что колодцу уже века три, не меньше. Густой лишайник покрывал мрачную шахту изнутри почти до самого дна. Там плескалось пара локтей застоявшейся, мутной воды. Она дурно пахла болотом, но никак не прохладной свежестью. Этот колодец не чистили уже очень давно, потому что он постоянно заиливался.