Вишнёвое сердце

— В таком случае, завтра увидимся, Хин, — он вложил в следующий вопрос всё своё обаяние, которым, как ему всегда казалось, природа его категорически обделила: — Ты же ведь разрешишь также проводить тебя к отцу?

Брюнетка молча глядела на него снизу вверх. Эврен не возражал, чтобы они вот так же стояли до скончания времён. Собственно, он уже много лет этим и занимался, когда брал дежурства на посту возле Императорской приёмной чаще, чем все прочие клевреты. Он хотел видеть её одну даже в те дни, когда она его вовсе не замечала.

Возможно, Хиннари прочла всё на его лице, слегка утомлённом дальним путешествием, небритом и загорелом. Либо увидела в нём человека, который готов носить её тяжёлые свёртки. Или просто сжалилась.

— Хорошо, — наконец, ответила она. — Завтра в полдень жди меня на том же самом мосту, где встретил сегодня.

— Если ты не придёшь…

— Я приду, Эврен, — Хин нетерпеливо подняла руку, прерывая его насмешливую тираду. — Я не маленькая девочка. Если что-то сказала, значит, я имею ввиду именно это.

А потом она ушла. И Эврен вспомнил про свои планы принять ванну и выспаться. Вспомнил и о своей пыльной одежде и зачарованном посохе, который нёс с собой всё это время. Но усталость более не казалась ему неприятной.

На следующий день клеврет пришёл в назначенное место заранее. Настолько, что потерял счёт времени и даже подумал было, что Хиннари могла перепутать мосты, коих над Авиеррой имелось предостаточно. Но брюнетка явилась в назначенный час.

Одета она была в привычную клевретскую форму, но волосы подняла и красиво уложила на затылке, заколов перламутровым гребнем. Эврену хотелось верить, что она сделала это ради него.

Мужчина забрал у неё очередной тяжёлый свёрток с лекарствами, и они направились к дому Имре Шемера. По дороге обсуждали грядущий большой приём у Императора, на который были приглашены короли всех крупных королевств.

Правитель всея Арсии устраивал подобное не слишком часто, раз в пять-семь лет. На протяжении трёхдневной череды пышных фуршетов и заседаний монархи хвастались друг перед другом своими достижениями, а Император слушал их.

И делал выводы о том, что представляют из себя наиболее влиятельные люди мира сего. Ну а о том, как дела обстоят в их королевствах на самом деле, Салдор Септиан знал и без их хвастовства. Но на плечи клевретов и дворцовой стражи ложилась большая ответственность — обеспечение безопасности как Императора, так и гостей.