Проклятие Древнего короля

Остальные разрушители сделали вид, будто ничего не услышали, зато Эльма полюбопытствовала:

– Прислушаются к Альбу?

– Да, – кивнул Яр. – Он…

– Никто меня не послушает.

Бросив ветку в затихающий огонь, Альб резко поднялся.

– Все в Истине считают меня безумцем или простаком. Так что, не говори ерунды.

– Так ли ерунда?

Яр отложил рыбу на лист лопуха, что покоился на его колене, и обратил пытливый взор серых глаз на своего друга.

– Озис любил тебя как родного, – заметил он, припомнив отца Вагруса. – Народ тоже...

– Нет, Ярвик, – остановил его Альб.

– Не хочу слышать. Не сейчас и никогда.

– Но... – снова попытался вразумить его страж.

Только разрушитель был непреклонен. Он вскинул ладонь, прекращая очередной поток слов, и погрозил пальцем.

– Не хочу слышать, – с расстановками повторил он, после развернулся и ушел, чуть дальше вдоль берега.

Там он сел на траву и с каменным лицом уставился на ровную гладь озера.

– Что это с ним? – почти шепотом поинтересовалась Эльма.

Яр только покачал головой и принялся за остатки трапезы.

Как бы мы ни пытались его разговорить, он продолжал отмалчиваться. Только намекнул, что Альб не так прост, как нам кажется, и обязательно о себе расскажет, когда придет время. Доев рыбу, Яр завернул косточки в лопух и бросил в костер. Страж взял палочку с куском мяса и, не произнося ни слова, направился к задумчивому Альбу. Тот до сих пор пребывал в мрачном настроении, но все равно выглядел светлым и солнечным, сколько бы ни хмурился. А его огненная шевелюра казалась особо яркой в первых лучах заходящего солнца.

Дабы не утонуть в неловком молчании, Форс завел беседу с остальными разрушителями, пока не было Яра и Альба. Сначала они отвечали робко. Им явно было неловко общаться с теми, кого недавно считали врагами, но потом ребята заметно расслабились. Так мы узнали, что по дороге в Истин встречались руины городов, покрытые добрым слоем сажи и копоти. Конечно, разобрать где остатки дома, храма или конюшни было тяжело, время сделало свое дело, но некоторые вещи все же остались узнаваемы.

Пять сотен лет прошло с падения Вельнара. Не устояли перед разрушительной силой стихии ни камень, ни металл. Что уж говорить о дереве, из которого строили многие поселения.

– Помню, как отец однажды поведал: если идти дальше по Живине, мимо Истина, – рассказывал Рюг. – Можно отыскать старый город. Раньше его называли Волмир.

Рив задумчиво хмыкнул:

– А сейчас как его называете?

– Сейчас никак, – пожал плечами разрушитель. – Просто старый город.