Шанс. Глоток жизни

Все это подтащила поближе к себе, сооружая новую оборонительную линию между собой и моими гостями, потому как ее клыки оказались не меньшего размера.

Мужчина устроился в кресле напротив кровати, а женщина, обойдя его сбоку, встала за спиной.

— Успокойся, дитя, тебе ничего не угрожает. Меня зовут тор Кер, ты находишься в моем доме, — подумав секунду, добавил: — Тор — это уважительное обращение, а Кер — имя рода. Моя любимая — тора Маэрта, — произнес он, не поворачиваясь к женщине, ласково погладил ее по ладони, покоившейся на спинке кресла за его плечом.

— Думаю, ты сначала попробуешь немного поесть, а потом я вернусь и мы поговорим. Пока ни о чем не беспокойся и не волнуйся, как я уже говорил, тебе ничего не угрожает.

Гость снова улыбнулся, еще раз похлопал по руке спутницу, поднялся и направился к выходу из комнаты. Я проводила его напряженным взглядом, потом снова посмотрела на женщину. Та тоже ласково улыбнулась и сказала:

— Не волнуйся, тут ты в абсолютной безопасности, сейчас я принесу немного бульона и ты поешь.

К сожалению, это пока все, что тебе можно. Всё-таки ты так долго не ела нормально.

Звука ее шагов я не услышала, прикрыла глаза и уперлась спиной в изголовье кровати. Глубоко вздохнула. Открыла глаза и решительно оглянулась. Комната была небольшая, всего около пятнадцати квадратов. Кровать стояла напротив входа, между ее изножьем и дверью было довольно много пустого пространства.

Слева стояло кресло, за ним находилось огромное окно, в котором виднелся лишь кусок неба и зеленое марево деревьев, чьи ветви качались на ветру.

С правой стороны всю стену занимали стеллажи с книгами и небольшой стол со стулом.

Сама кровать оказалась довольно большой. Резное изголовье темного цвета было выполнено, похоже, из того же дерева, что и потолочные балки, и украшалось по краям двумя круглыми шишками с вырезанными ящерками. Хотя нет…

Я на руках подтянулась ближе к ним, чтобы разглядеть. Нет, это не ящерки, а небольшие дракончики со сложенными крылышками. Я не смогла отказать себе и потянулась к фигуркам, осторожно касаясь пальцами.

Ох, какая же красота! Невероятная работа мастера!

Тут мой взгляд наконец упал на мои же пальцы и я ахнула. Они были украшены длинными, уже начавшими скручиваться в трубочку ногтями разной степени изломанности. Поднесла ладони к глазам и ошарашенно протянула:

— Вот это да-а-а, — вышло сипло, говорить почему-то было еще сложно, а горло саднило, словно я и вовсе разучилась произносить слова или молчала пару лет.