Право на Любовь. Часть I (к циклу Луна для Дракона VI)

Ну да - красив, ну да - опасен, ну да - другой мир! Она много видела привлекательных, добрых, красивых мужчин и даже видела магов с этого мира, но никто не завладел ее мыслями настолько глубоко и надолго. И почему она рисует его столько, сколько помнит себя?!

Ведь она придумала его образ и… увидела наяву!

Этот человек вывел ее из равновесия. Или не человек? Бесспорно, он маг, но в нем было что-то еще… Анита распахнула глаза и села, ее руки слегка дрожали, когда она заправила выбившую прядь за ухо. Ей не давало покоя, то, что она увидела в нем, словно заглянула в его суть.

- Бред, - встряхнула она головой обняв колени и так без движения просидела до полуночи. Ей надо было успокоить боль в голове и прилечь хотя бы ненадолго. И снова вспомнила его взгляд, когда он наклонился к ней. Она тогда с трудом проглотила тихий вскрик, встретившись взглядом с его глазами как небо и, которые оказались настолько горячими, что вызывали ощущение почти физического ожога.

«Темная красота», - вновь прошептала она.

В эту ночь, Аня спала просто ужасно. Сон был неглубоким, прерывистым, полным каких-то смутных образов и страхов. Устав вертеться, девушка встала в шесть утра, поняв, что как следует выспаться у нее не выйдет. Она уже отвыкла спать одна. Без Бенедикт келья казалась ей пустой и зловещей. А еще девушке чудилось, что из каждого темного угла за ней наблюдают десятки глаз. Это, конечно, полнейший бред, но почти до самого рассвета, Анита, с замиранием сердца смотрела на вытянувшиеся жуткие тени, которые, казалось, надвигались на нее окружая со всех сторон.

Не выспавшаяся она остановилась перед огромными створками и глубоко вздохнув, шагнула внутрь зала склонив голову. Она стояла на праздничной службе песнопения, зал для прихожан, как и всегда был переполнен и освещался тысячами свечей. Стоящие в храме боялись заговорить, словно зачарованные величием момента. Сестра Феокватия взошла на постамент повернувшись лицом к людям, монахини позади нее приготовились и по залу разлились мелодичные, даже с нотками торжественности, голоса.

Аниту охватил восторг и умиротворение, но внезапно она насторожилась, заметив настойчивый взгляд. Обернувшись, она попыталась понять, кто же это. И позволила себе взглянуть на него. И увидела его глаза, светло-карие, почти янтарные. У него был узкий, немного кривоватый нос. Его крупные губы изогнулись в насмешливой улыбке, как будто мир был для него одновременно и утомительным, и забавным.