Тридцать четыре Ёжки для Кощея. В погоне за женихом

— Ты уверен?

— Тебе не о чем беспокоится, — многозначительно промурлыкал Зиги, — пусть другие переживают.

— Переживают?— переспросила, не особо уверенная, хочу ли знать больше.

Мы подошли к величественному особняку, и я взбежала по ступенькам.

— Ежкам сложно устоять перед харизмой Кощеев, их тянет к ним, как магнитом. Они, безусловно, и сами ничего, но что есть — то есть. Хотя, есть те, на кого их обаяние не действует, потому что их сердца уже принадлежат другим, — лукаво закончил Зиги и лапой поскреб массивную дверь.

— Как иначе, — безрадостно улыбнулась я и дернула на себя дверь.

«Значит, все-таки усталость», — подбодрила себя.

— Полегче! — возмутился королевич, отпрыгивая в сторону.

— Нечего сидеть под дверью, — огрызнулась я и переступила порог.

— Ты чего всполошилась?! Подумаешь — влюбилась в Драга или в кого-нибудь из его братьев. Они завидные женихи. Но ты же не влюбилась, — чтобы никого не разбудить, понизил до шепота голос Зиги. Он, видно, догадался, что я не в восторге от всех этих открытий.

— Кощеи в поисках предназначенной им одной-единственной невесты. Остальные их особо не интересуют. Сомневаюсь, что кто-то из них будет готов пожертвовать той, что уготована им судьбой. Держись подальше от Кощеев — и все само собой образуется.

— Держаться подальше, — повторила уверенно. В конце концов, что может быть проще. Я решила придерживаться этого плана.

Зиги присел перед статуей русалки и с восхищением уставился на нее. Осиная талия, четкие изгибы точеных плеч, грациозно склоненная голова, изогнутый в удивительно плавном движении хвост, на котором отчетливо были видны чешуйки.

В каждом изгибе, в каждой впадинке прослеживалась рука мастера. Я столько раз проходила мимо статуи, но никогда прежде не замечала ее очарования.

— Раньше мне были доступны чудеса всего Межмирья, а я не придавал этому значение, — с сожалением в голосе произнес Зигуриус. Обогнув статую, он понуро направился к лестнице.

— Мы обязательно снимем заклятие, — в два шага догнав друга, принялась его успокаивать.

Зиги никак не отреагировал на мои слова и тогда я предложила: — Хочешь, мы украдем статую русалки для тебя? Кощеи не обеднеют, а тебе — радость. Будет потом стоять у тебя в резиденции или тронном зале.

— Обязательно украдем, — без особого интереса согласился пушистый друг и начал взбираться по ступеням.

Нужно было скорее раздобыть лилию, пока Зиги совсем не отчаялся.