Тридцать четыре Ёжки для Кощея. В погоне за женихом

Дабы его не расстраивать, я наступила на них. С глаз долой…

— Дикарка! — неожиданно взорвался садовник и подлетел ко мне. Лицо мужчины, как и шея, побагровело. Повернувшись к Яну, он возопил: — ОНА любит цветы и знает, как за ними ухаживать?!

Ян раздраженно поджал губы.

— Мисс Мирослава… быстро учится, — с нажимом произнес он, угрюмо глядя мне в глаза.

— Я готова учиться, — повторила послушно. Кровожадный взгляд садовника меня изрядно нервировал. Предположив, что он лютует из-за оставшихся лепестков, я решила действовать.

Стараясь держаться как можно непринужденнее, мыском туфли притянула лепестки к себе и словно невзначай наступила на них. Садовник ошалело выпучил глазища.

— Выбирайте — она или я! — выдвинул он ультиматум.

— Она! — твердо произнес Ян. — Поздравляю, Мирослава, сад теперь в вашем распоряжении.

Не успела я ужаснуться и толком проникнуться таким щедрым предложением, как глазенки у садовника затравленно забегали и он пришел мне на выручку:

— Я остаюсь!

Видно, даже его такая перспектива ввергла в жуткую панику.

— Договорились, — усмехнулся Ян и, откланявшись, быстро скрылся из вида.

— Пойдемте, — не глядя на меня, произнес садовник.

Мы прошли вдоль аллеи, обсаженной кустами шиповника и, не доходя до фонтана, чьи брызги искрились на солнце подобно бриллиантам, свернули к деревянной узорчатой беседке. В тени деревьев, обвитая цветущей виноградной лозой, она так и манила укрыться от палящего солнца.

Один из подмастерьев садовника прилежно белил стволы деревьев, в то время как другой подстригал зеленые кусты, придавая им форму шара.

Над кустами, усыпанными роскошными золотистыми цветами, кружили дивные бабочки. Большие ярко-желтые крылья с черными пятнышками словно опахала разрезали воздух. Заглядевшись, я остановилась и потянулась к одной из них, чтобы взять ее в руки. Бабочка затрепетала крыльями и ускользнула.

— Не отставайте, мисс! — прикрикнул садовник. От неожиданности я вздрогнула, впрочем, как и бабочки. С легкой грустью проводив их глазами, поплелась за ним.

Сойдя с дорожки, мы вышли к небольшому цветнику, окруженному розовыми кустами.

— Будете за ним присматривать, — ткнул пальцем садовник в заросший травой растущий у стены отросток.

Я хмуро оглядела изогнутую, высохшую закорючку, но как бы ни морщила лоб, распознать растение не смогла. Выгоревшие на солнце редкие листочки скрутились в трубочки и засохли. Единственный цветок скукожился и посерел, а от стебля осталась сморщенная загогулина, затянутая паутиной.