Здесь вам не тут, а магия!

- Отец посчитал тебя опасным соглядатаем, Виола. Извини.

Так это был магический сон! Я возмущенно фыркнула и попыталась подняться, но тело, будто ватное, не слушалось и все норовило опять принять вертикальное положение. Язык вообще будто прилип к небу и не хотел шевелиться

- Вот еще! – пробурчала я, все-таки приподнимаясь на локте исдерживая готовый сорваться с губ стон от невыносимой головной боли. – В вашем мире только и успевай принимать магические удары!

- Давай, я помогу тебе!

Подхватив под руки, парень легко вздернул меня в вертикальное положение, а затем сокрушенно цокнул и покачал головой.

- Похоже, отец перестарался с сонными чарами, - заметил он. – Ты едва стоишь!

- И чувствую себя преотвратно, - буркнула я, - будто я дня три пила без продыху! И тошнит! Буэээ!

Меня вывернуло прямо на брюки Ника. Все сожранные с такой любовью булочки оказались сейчас вне меня и не вызывали теплых чувств. Наоборот, хотелось со стыда сгореть за такое!

Николас же спокойно подхватил меня на руки и, словно я не весила ничего, легко зашагал к выходу.

В этот раз мне не удалось насладиться видами дома главного колдуна, по дороге опять тошнило, но я сдерживала свои порывы, мечтая, чтоб меня уже хоть куда-нибудь принесли и оставили в покое наедине с фаянсовым другом в его здешнем виде. Реально, ну никогда так плохо не было! Что ж такое сотворил со мной этот проклятый колдун?

Будто отвечая на мой вопрос, Ник искоса взглянул на меня и сказал:

- Отец просканировал тебя на предмет магических способностей и оказалось, что в настоящее время ты – самый сильный маг нашего мира.

По моему удивленному молчанию, или, скорее, полному офигевшему виду, мужчина понял, что надо как-то разъяснить ситуацию и продолжил:

- В таком положении о твоем возвращении домой, даже если б ты и рвалась туда, и речи быть не может. Отец хочет лично заняться твоим феноменом, я пока не готов сказать, что он планирует делать, но постараюсь разузнать в ближайшее время.

Скорее всего, он будет обучать тебя магии. Конечно, я б хотел сам с тобой заниматься, но перечить главе Верховного совета не могу, хоть он и мой отец.

Я продолжала молчать, обдумывая новость. Ничего себе! Выходит, если меня обучить, я смогу очень много! Изначально, конечно, в голове появились мысли о розыске родителей, потом о каких-то мелочах типа создать философский камень и тому подобное, но потом я перевела взгляд на Ника.