Аврора

Сейчас из отворотов рубахи он вытащил всю цепочку с кулоном – шестигранного силуэта прозрачный камень, мгновенно заблиставший, будто брызнувший разноцветными огнями в солнечных лучах. А затем цепь с камнем очутилась на его ладони.

- Надень, - то ли предложил, то ли велел Михаил, протянув ладонь к Авроре.

Уже косвенно предупреждённая Камиллой, что украшения могут быть артефактами, Аврора с некоторой опаской надела тяжёлую цепочку с кулоном. Где-то по краю размышлений о том, чем может этот кулон оказаться, промелькнула и обида: а почему Михаил сам не надел ей этот кулон ей на шею? Побрезговал?

Поправляя цепь, Аврора подняла глаза спросить Михаила, оставить ли кулон на одежде или сунуть его под неё, чтобы он касался кожи… Подняла глаза, держа в руках драгоценный камень, – и вопрос застыл на губах… И она только и могла, что медленно оглядываться, рассматривая окружающее её пространство, не только резко, но неожиданно изменившееся.

Посёлок с его коттеджами и садами остался на месте.

Но теперь он выглядел очень незначительным, вписанный в переулки между громадными домами и площадями того же пустого города, который она увидела, убегая из своего коттеджа от серых людей и чудовищ-оборотней.

И лишь вода, спадающая в бассейн с лепестков небольшой скульптуры, напоминала о том, что всё происходящее и видимое глазам реально.

- Это ты видела утром? – спросил Михаил.

- Да… А что это?

- Это пограничный город нашего государства.

А жители посёлка – его последние горожане, оставшиеся в живых после нападения сил Хаоса. Более подробно расскажу дома. Садись. Кулон оставь себе. Теперь, когда я знаю, что ты… наша, ты должна видеть прошлое и настоящее этого города… будучи моей женой.

Аврора хотела было отказаться: город, увиденный с помощью кулона, производил жуткое впечатление, но последняя фраза Михаила – и она с потрясением взглянула на него, поспешно пряча камень на груди.

Быстро села в машину, то и дело забывая закрыть рот, потому что не могла оторвать взгляда от странных картин за окном – старинный город, мрачно высившийся, словно вырастая среди разноцветья низенького, в сравнении, коттеджного посёлка, и в самом деле вызывал неоднозначное чувство.

В коттедже её встретило привычное спокойствие, а комнаты больше не выглядели как после бандитского налёта.