Махинация

Но ничто не позволяет выучить иной язык с той скоростью, как детские песни, сказки, стихи, считалочки. Учишься воспринимать язык на уровне носителя, начинаешь понимать больше, изучая язык, как ребенок.

А еще начинаешь понимать, почему этот сахир уделяет тебе столько времени и внимания…

— Кстати, ты заметила, кто использовал те обороты речи, которым частично обучили тебя? — вдруг спросил он.

Неуверенно мотнула головой, но память мгновенно выдала образ — мужчины с синхронными движениями, затянутые в черные мундиры.

— Танарг? — тихо спросила я.

— Да, — мрачно подтвердил сахир.

И я, вдруг решившись, наконец спросила:

— А как тебя зовут?

Внимательный взгляд темно-синих, ярких даже в полумраке глаз, и очень спокойное, угрожающе спокойное:

— Тебе лучше не знать.

— Ну, что-то в этом духе я и предполагала, — искренне ответила ему и вернулась к просмотру видео, чувствуя на себе взгляд энирейца.

* * *

К утру я вымоталась настолько, что несколько раз вылезала из ванной, просто чтобы проснуться от холода — меня вырубало на ходу.

— Иди спать, — приказал находящийся все еще со мной сахир и отключил подогрев воды в ванне.

Это было хорошей идеей, только холодно было очень.

— В твоей спальне сделаю потеплее, — поднявшись и протянув мне полотенце, произнес мужчина.

— А… в остальном номере?

— Холоднее на порядок.

Да куда уж холоднее? Но говорить ничего не стала. Завернувшись в полотенце, пожелала ему хороших предрассветных часов и ушла в гостевую спальню.

Пока дошла, продрогла насквозь, так что еще у себя под душем горячим постояла, потом, толком не вытираясь, в полотенце залезла под одеяло, игнорируя оставленную для меня ночную рубашку, и вырубилась, едва голова коснулась подушки.

Уже во сне отметила, что потеплело и кончик носа больше не мерзнет.

* * *

Спала долго и неожиданно крепко. Настолько, что проснулась от зазвеневшего сейра, и, резко поднявшись, обнаружила… что я в ночнушке.

Когда и как ее на меня надели, я понятия не имела.

Но порыв злости был сметен появившимся сообщением от Гилбена: «Милая, ты где?!»

Милая, значит…

«У любовника», — ответила я.

Ответ начал писаться мгновенно, стирался и писался снова и снова стирался… Видимо, кто-то был в ярости.

«С начальством согласовано», — продолжила я.

Писаться что-либо перестало.

«Продолжайте подготовку к миссии», — добавила я и вырубила связь с Гилбеном.