Отравленные морем

Нам известно, что Маньяско был в Арсенале в тот день, когда все верфи, словно улей, гудели слухами, что мы отправляем тысячу бочек пороха для снабжения крепостей. Он не сможет упустить такую добычу! Далее, нам известно, что у него есть тайная база на Иллирийских островах, где он держит в засаде несколько галер. Чует мое сердце, что он уже засел там и ждет! Маньяско непременно попробует захватить «купца», но ты сможешь его остановить. Твои галеры быстрее фиескийских.

— Это потому, что на моих галерах нет рабов, — недобро усмехнулся Алессандро.

Дон Сакетти сделал вид, будто ничего не расслышал, хотя именно он в прошлом году предложил использовать пленников в качестве бесплатных гребцов. К счастью, это предложение не встретило одобрения у сенаторов.

— Я хотел поручить сопровождение корабля командирам Реньеру и Альбицци, — предложил Алессандро. — Уверен, что они справятся. Оба — опытные моряки и надежные люди.

— Нет! — отрезал Сакетти. — Ты отправишься лично. Это ты доказывал в Сенате, что наши крепости отчаянно нуждаются в припасах! И это ты будешь виноват, если из-за потери корабля весь порох, дерево и железные заготовки окажутся в руках фиескийцев!

Дож чеканил каждую фразу так, что любой из них можно было поставить точку в разговоре. Возразить было нечего — долг есть долг. Алессандро, закусив губу, подумал о Франческе. Из-за всех этих хлопот он так и не успел повидаться с Маттео.

Он попробовал зайти с другой стороны:

— Но расследование еще не закончено. Разве не подозрительно, что кто-то поспешил избавиться от Манриоло как раз накануне допроса? Может, мы могли бы больше узнать о намерениях дона Маньяско, сосредоточившись на расследовании в Венетте, вместо того чтобы ловить его посреди моря?

Ответом ему был неприятный смех:

— Не волнуйся, здесь следствие завершат без тебя, — с непонятным торжеством процедил дон Сакетти.

Дож картинным жестом распахнул еще одну дверь, ведущую из кабинета. Алессандро поднял голову, и дыхание у него перехватило, будто он с разбегу налетел на невидимую стену.

Там, в дверях, между двух дюжих охранников стояла Франческа.