Неудачное признание

Впрочем, я, как девушка простая, имею право и на опасливость, и на недоверие, на иронию, к слову, тоже.

- Надеетесь превзойти кузена в щедрости?

Он не смутился, наоборот, расцвел в улыбке, взял мою руку в свою.

- Не надеюсь, я уверен.

Глава 8

В своей уверенности Сагг был ужасен. Желая произвести впечатление на девушку-модистку, он не повел меня к цветочницам, нет-нет, и в лавку сладостей не повел, и даже шелковых лент не додумался купить, не говоря о холодном молочном напитке, на который я призывно смотрела, пока степняк покупал пару билетов у покрытого татуировками моряка.

- А куда мы идем? – забеспокоилась, когда передо мной распахнулись двери темного подвала. Острый запах выпивки, пота и крови едва не отбил мне нюх, но не способность мыслить. – Сагг, куда вы меня ведете?

- На представление, - предвкушающее улыбнулся он, подхватывая меня под локоток, – красочность которого вы вряд ли забудете, Орвей.

- Не сомневаюсь. Этот подвал еще не раз вернется ко мне в кошмарах…

- Не заостряйте на нем внимание, самое интересное впереди! – ответили мне и, преодолевая запоздалое сопротивление, повели.

Вниз по ступеням, поросшим мхом, мимо стен в росчерках глубоких царапин, в слабо освещенную глубину, которая закончилась тяжелой металлической дверью. Замысловатый стук в обшивку, и нам открыли проход в узкий коридор с множеством проемов, ведущих на террасу с ревущей толпой и арену с раздетыми мужчинами.

- Что это!

- Бои без правил.

Успели к самому началу! – заявил довольный собой степняк, настолько довольный, что без спроса перешел на панибратское «ты»: – Идем, наши места наверху.

Оплаченные места были не просто наверху, они находились в ложе над самой ареной, так что я в деталях могла рассмотреть бойцов, которые с завидным рвением разбивали лица друг другу. Одетые лишь в набедренные повязки, они не казались голыми. Многочисленные рубцы старых шрамов и линии татуировок создавали на их телах свой уникальный покров, который из-за скорости движений размывался, превращаясь в цветные пятна расписанной кожи и крови.

Их удары были мощны, неотвратимы, почти смертельны. Не все они опускались градом на противника, некоторые проходили мимо, попадали в стены арены и выбивали из нее каменную крошку.

Поэтому в зале было не только душно, но еще и пыльно, пахло горьким куревом, выпивкой и зашкаливающим раздражением. Я ощутила его не столько нюхом, сколько нутром.