Восхождение злодейки. Пленница наследного принца

Что дает надежду на выживание и мне.

Абантес вдруг остановился, обрывая этим действием цепочку моих размышлений. На какое-то время его взгляд был прикован к пиле, висящей на стене.

Спустя непродолжительную паузу, он вновь заговорил, стараясь не смотреть в мою сторону:

– Какой смысл отпускать тебя? Я могу добиться всех ответов другим способом.

От его тона мурашки побежали по спине. Да, этот мужчина действительно мог выбить признание. А я не тот человек, что смог бы терпеть пытки. Пусть тело Элфры и не испытывало страх, но сама я в подсознании боялась.

Я уже устала от всего этого и хотела домой. Бессмертие Элфры и ее неуязвимость совсем не успокаивали – с глейпниром на руках я могла чувствовать боль. А еще это тело могло чувствовать голод и жажду. От пыток я не погибну, но получу весь спектр ощущений.

– Зачем? – бледно улыбнулась я краешком губ, пытаясь использовать голос. – Мне и самой не трудно рассказать. И я пообещаю, что вы никогда не увидите меня рядом с тем мальчиком.

Я знала, что Элфра могла привораживать и подчинять голосом.

Но я не умела пользоваться этой способностью. А еще была связана волшебной веревкой, которая запирает нечистую силу. И, хоть голос звучал все также пленительно и чисто, я не была уверена, что сохранились его чудесные свойства. Но я старалась не терять надежду.

– Вы сами сказали, я не человек. Мне нет дела до того, что творится у людей. Сменятся поколения, одни королевства падут и появятся другие – все это не имеет значения для меня.

Я замолчала и уставилась в профиль Абантеса.

Он до сих пор не смотрел в мою сторону, и это мгновенно вывело меня из себя. Я разъяренно выплюнула следующие слова:

– Я сделаю предсказание, которое поможет вам выжить. Думаете, сможете запугать меня смертью? Силенок не хватит для этого! А вот вы все сдохнете, если ничего не предпримите. Даже не пытайтесь сбежать – судьба настигнет вас где угодно. Только я знаю, как вам обмануть смерть!

Наконец, я добилась желаемого – Абантес повернул голову в мою сторону, и мы встретились глазами.

Взгляд у него был совсем не злым, а немного расфокусированным, задумчивым.

– Я видел кровь на тебе, чья она? – задал он неожиданный вопрос, сбивая с меня спесь и запал.

Я глупо моргнула пару раз, собирая разбежавшиеся в стороны мысли, затем разлепила сухие губы:

– Съела лошадь в лесу, – честно ответила. – У нее были переломаны ноги... не мной, разумеется. И она умирала от серьезных ранений. Я решила, не пропадать же добру.