Восхождение злодейки. Пленница наследного принца

Любые слова в такой ситуации были бы лишними. Даже те, что произнесены искренне и от всего сердца.

Атис первым прервал тишину:

– Прежде чем решить судьбу этих людей, я задал себе вопрос: что, если бы их план сработал? Они бы напали, убили или взяли бы моих людей в плен. А потом нашли бы эту клетку и тебя, запертую и лишенную сил. А сколько таких же путников было до нас? Какова их судьба? Пожалели грабители этих людей? Только поэтому я не дрогнул.

Я опустила взгляд в пол клетки и незаметно для Атиса ухмыльнулась краешком губ.

Да уж. Легко ему сейчас рассуждать и перекладывать ответственность за свои решения на обстоятельства, живя в сытости и довольстве. Но это лицемерие, ставшее возможным лишь благодаря моему вмешательству. Если бы события пошли по оригиналу, то принц оказался бы на месте этих самых грабителей. Ему бы и в голову не пришло задумываться о том, правильно ли он поступает в той или иной ситуации.

Но вслух я произнесла совсем другое:

– Не думай об этом, Атис. Ты принял верное решение и позаботился о проблеме до того, как она перетекла в неприятности.

Принц одарил меня каким-то странным пронзительным взглядом, от которого по коже пробежал озноб. Потом снова погрузился в раздумья. Наваждение тут же пропало, оставив после себя странное послевкусие. Атис очнулся, вскользь предупредил, что мы вскоре прибудем в пункт назначения, и ушел.

***

Наконец мы добрались до перевалочного пункта, откуда должны были отправиться прямиком в убежище. Телеги остановились. Солдаты под чутким руководством Абантеса начали разгрузку.

Они распределяли самое необходимое из снаряжения между собой, а излишек навьючивали на лошадей. Не поместившееся разномастное добро Абантес велел увезти в место, где планировалось организовать стоянку для вновь прибывших.

Скоро дело дошло и до меня. Кто-то из отчаянных добровольцев подошел к клетке, стянул с нее палаточную ткань и отпер дверцу. Нависший надо мной в полный рост незнакомец сделал приглашающий жест, красноречиво давая понять, что мне пора на выход. Обмотав руку массивной цепью, один ее конец он крепко зажал в кулаке, оставив второй свободно свисать со сгиба локтя.

Следуя молчаливому приказу, я вылезла наружу, впервые за долгое время вытянувшись в полный рост. Застоявшиеся кости захрустели, и я с наслаждением потянулась, ощущая, как приятно сокращаются мышцы. Какое же это блаженство, иметь возможность вот так размяться после месяца, проведенного взаперти в неудобной позе! Глаза сами собой зажмурились от удовольствия.