Восхождение злодейки. Пленница наследного принца

Но ни разу не оставались действительно наедине, да еще и в таком атмосферном полумраке, без преграды в виде прутьев клетки. От нахлынувших разом эмоций и мыслей во рту пересохло, я стушевалась и замерла.

Затем спешно вскинула скованные руки, стараясь тем самым скрыть от глаз юного принца свое состояние. И едва сдержала разочарованный стон, когда обнаружила, что кисти начала бить достаточно крупная дрожь. Атис это тоже заметил и трактовал по-своему:

– Замерзла? – спросил он участливым тоном и взялся обеими руками за кольца кандалов, поглаживая большими пальцами металлический обод.

– Нет, – качнула я головой и, не в силах больше выдерживать кипящую в груди бурю, отвела взгляд в сторону. Я бы и руки убрала, но их держал предусмотрительный Атис. Пришлось соврать: – Просто не знаю, чего ожидать.

Атис хмыкнул:

– Не волнуйся, я не причиню тебе вред.

В подтверждение сказанных слов послышался щелчок и громкий звук удара о пол, а давящая тяжесть металла исчезла. Я недоверчиво уставилась на запястья, которые мгновением ранее были закованы в браслеты.

Наверное, у меня сейчас было крайне глупое выражение лица, но это последнее, о чем в такой ситуации я стала бы переживать.

– Ну как, тебе стало легче? – губы Атиса растянулись в самодовольной улыбке, отчего я еще больше впала в ступор. – Подожди, это еще не все.

Атис присел напротив меня на одно колено, достал из ножен на поясе за спиной кинжал и разрезал глейпнир у самого узла. Затем аккуратно стал разматывать веревку, попутно осматривая черные синяки и раны с запекшейся темной кровью.

В полумраке они не выглядели так безобразно, как при свете дня, но все равно казались устрашающими. Принц убрал путы в сторону, а затем наклонился ближе и подул. Кожи коснулся горячий воздух: раны стали стремительно затягиваться, а синяки светлеть.

Одновременно с этим во мне потоком заструилась сила, все это время сдерживаемая антимагической веревкой. Она мгновенно выплеснулась наружу и заполнила собой все пространство комнаты.

Это было непередаваемое и опьяняющее чувство. Все эмоции разом поблекли, прошли боль и усталость, что так долго были моими постоянными спутниками. Сила и могущество – вот, что я ощутила.

А потом вся эта мощь магии нечисти стремительно свернулась и сосредоточилась на Атисе: тело Элфры сделалось невыносимо горячим, фарфоровая кожа, казалось, стала светиться в темноте, во рту собралась слюна. Тело испускало феромоны, чтобы завлечь подходящего партнера.