Секрет нежности

Мой кузен ей явно нравился, а мне стало интересно, почему он так чурается её.

После обеда я предложила прогуляться втроём. Позвала я и Розали - ответом мне был недоуменный взгляд, после чего она удалилась к себе.

Мариза незаметно показала ей язык и взяла меня и Жибера под руки.

- Пойдёмте, друзья, со стороны Розали очень мило оставить нас. Нам ведь есть что обсудить?

Жибер внезапно взвился.

- Ты что, рассказала ей? Да эта погремушка растреплет всё еще раньше, чем ты покинешь дом. Хотя не могу сказать, что я был бы сильно против…

- Это я растреплю? - резко повернулась к нему Мариза, повысив голос.

- Тише, - зашипела я на них, - вы так орёте, что все всё узнают еще раньше. После этого я потащила обоих к выходу.

На улице дул тёплый ветер, в яблоневом саду кружились лепестки. “Летний снег”, - подумала я.

Несколько минут мы все просто бродили по саду, наслаждаясь теплом и уже почти летним ветром. Никому не хотелось начинать серьёзный разговор.

А я подумала еще о том, как хорошо, что мой побег состоится уже завтра.

Я и так привязалась уже к дому, к Жиберу и тёте. А теперь еще Мариза. Шебутная, весёлая и верная подруга. Жаль, что завтра её уже не будет со мной. Если бы мы познакомились раньше, мне было бы еще труднее уходить.

Надо же… За всю мою прошлую жизнь у меня не было, считай, ни одного родного и близкого человека. А здесь за несколько недель уже столько душевных привязанностей.

- Клементина, может ты всё-таки передумаешь? - подал голос Жибер.

Я покачала головой.

- Нет, Жибер, решение принято.

Твой приятель завтра будет на приёме или приедет к назначенному времени?

- Он будет на приёме, его зовут Анатоль Ламбер. По натуре он авантюрист, и ему показалось это страшно романтичным. Сам, как я уже говорил, отвезти тебя не смогу - поднимется настоящий скандал, этого маман точно не переживёт.

- Жибер, оставь, мы это уже обсуждали, само собой нужно сделать всё как можно более деликатно.

- Мариза, - внезапно обратился к подруге Жибер, - постарайтесь, чтобы ваша помощь была как можно менее заметной.

Для окружающих, - поспешно поправился он. - История может ударить по вашей репутации. Наша семья, конечно, постарается представить всё как можно в более презентабельном виде, но общество, разумеется, примет это резко отрицательно. Мне бы не хотелось, чтобы вы пострадали.

Он был очень серьёзен, произнося эти слова. Надо сказать, что трезвость была ему к лицу.

Мариза невольно просияла глазами от его непривычно теплых нот в голосе.