Ваше хвостатое высочество. Том 3.

И возвращение его к любимой работе станет для него и величайшим счастьем и глотком воздуха в глубине одиночества.

Упомянутый канцлером Каи лорд Ливрет, который при старой династии был министром обороны, на основном поприще ничем, кроме воровства, не отличился. Зато завел театр с балеринами, который давал в год всего одно закрытое представление на день рождения короля. Почему представление было настолько закрытым, что на него не приглашали даже королеву, а также чем все эти балерины занимались все остальное время – большой вопрос.

Хотя, если вспомнить сальные раздевающие взгляды, которыми он одаривал меня при каждом удобном случае, догадаться несложно. Так что редкостный подонок и ничего более. Каи, кстати, явно ведет Васю к мысли, что прибить такого гада – священная обязанность любого короля. И правильно делает. Я бы его вообще сначала на дыбу определила, но не стоит сверх меры пугать будущих подданных.

От висельника Леврета канцлер плавно перешел к его замене. Кандидатура оказалась ожидаемой. Генерал Цверг, как и лорд Доберман, относился к поколению дедов, но был чуть младше.

Родом из мелкопоместных дворян, он дослужился от поручика до генерала исключительно за счет своих знаний и организаторских способностей. Начало его службы выпало на Великий Мор и именно его идеи позволили организовать оборону и удержать рубеж на Псаве. Это была уникальная ситуация – поручик обратился к королю и оказался во главе собственноручно разработанной операции. Остановить Великий Мор удалось, но ценой огромных жертв. Население двух графств успели перевезти на этот берег и год держали в карантине. Все, включая обоих графов с их семействами. А, пока перевозили, построили крепостную стену по берегу Псавы, части берега Северного моря и к горам, частично забравшись на территорию Балдебского ханства, чему соседи, для разнообразия, были только рады. Сами они на столь основательную фортификацию тратиться не могли, ограничившись земляным валом с башнями. Но им и того хватало, за них основную работу выполняли горы. Все вышло так, как Цверг и планировал, но за то время, что продолжалась бойня смертельно опасных беженцев, он, когда-то такой же жгучий брюнет, как и я, поседел. С тех пор годы уже практически ничего не добавили к его седине. Но в глаза ему лучше не смотреть. Иногда там вспыхивает такая боль, что становится страшно… Единственное, чего не учел Цверг - те графы, которые потеряли свои владения за Псавой и отсидели год взаперти под прицелом военных.