Проклятая фея. Ложь на свету

– Может, мне пора начать носить с собой успокоительное? – ни к кому конкретно не обращаясь, пробормотал лорд Кентар.

– Носи. Она к тебе еще в академию вернется, – хохотнул Рил.

Я лишь улыбнулась еще шире и кончиками пальцев провела по хрупким розовым лепесткам аксилидиума.

– Как же я люблю тебя, – хрипло прошептал Рантор, притягивая меня ближе к себе.

– Вообще-то я первая хотела это сказать.

– Да целуйтесь уже! – засмеявшись, крикнул Кронт.

А мы что? Мы последовали совету, тем более что нам и нашим сущностям он очень понравился.

– Как думаете, стоит ей рассказать, что мы Эймана в воздух поднимали, чтобы понять, в какую сторону она улетела?

– Что?!

***

Жрец в черной хламиде, стоящий прямо перед нами, тепло улыбался, а потом речитативом затянул венчальную молитву. Поначалу я пыталась вслушиваться в его слова, но толку не было. Слишком плохо я пока знала древнедемонический.

Рука Рантора уверенно обняла мою талию, и в этот момент я ощутила себя самой счастливой во всем мире.

Вдруг монотонный голос жреца прервался.

Я удивленно посмотрела на него. В этот же момент над моей головой раздался рокочущий голос. А вот эти слова мне знакомы, их я уже не раз слышала. Сердце заполошно стукнуло в груди. Мой демон. Он только что поклялся мне в вечной любви. Поклялся перед ликом Мрака на исконном языке. Жрец удовлетворенно кивнул и, переведя взгляд на меня, произнес на общерасовом:

– Согласна ли ты, Диана-Лариниэль Фартоор-Лиатари взять Рантора Шассирта в свои законные мужья, связать с ним не только жизнь, но и объединить сущности?

– Согласна, – без каких-либо колебаний четко и громко ответила я.

– Тогда в присутствии свидетелей я обращаюсь к Мраку и прошу Богиню благословить этот союз.

Под аркой начал сгущаться темный туман. Он начал медленно оплетать нас, обнимать, отдаваясь покалывающим теплом, а потом, резко сгустившись до зеркального блеска, отгородил от нас весь остальной мир. Мрак не проявилась, но она была тут. Я прекрасно это чувствовала, ждала, когда же раздастся ее ехидный голос, и дождалась:

– Благословляю вас, дети мои.

Да будет ваша поступь легка. Да не угаснет в сердцах ваших любовь…, – послышалось, кажется, отовсюду. А после шепот в моей голове, – «Не слишком официально? Я давно на свадьбах не была», – и, не дав вставить ни единого слова, продолжила. – Тю-ю. Бедный мальчик.

Я, чуть отстранившись, посмотрела на хмурящегося Рантора да так и замерла. Его обломанный в бою рог стремительно отрастал, становясь прежним.