Завещание инора Бринкерхофа

– Ивонна, неужели ты не понимаешь, что это просто охотник за приданым?

– Попрошу не оскорблять моего будущего мужа, – холодно сказала я.

– Твой будущий муж – Клаус Хайнрих, и это не обсуждается, – заявил отец. – Именно его хотел видеть твой дед на этом месте.

– Откуда такая уверенность в том, что хотел дед? Он что, делился с тобой своими соображениями по завещанию?

– Да, – неохотно ответил он, – но я был уверен, что мне удалось его отговорить. Поделить наследство на три части, вместо того, чтобы завещать все мне! У нас теперь все активы под внешним управлением!  Какое неуважение!

На мой взгляд, это была обычная предусмотрительность человека, который очень хорошо знал своего сына и совсем не надеялся на его деловую хватку.

Отец постоянно влезал во всяческие авантюры, оставлявшие его совершенно без денег, а так есть хотя бы надежда, что две трети состояния не пропадут – семья жениха Барбары довольно успешна, да и дело Хайнрихов, младшего из которых прочили мне в мужья, процветает.

– Ничего, потратишь на год позже, – безжалостно прервала я его стенания.

– И чем раньше мы с Барбарой выйдем замуж, тем быстрее ты получишь доступ к деньгам.

– Ты должна выйти замуж за Клауса, он тебя любит, – вернулся к прежней теме отец. – Мы с инором Хайнрихом все обговорили.

– А то, что я его не люблю, совсем не учитывается? – я чувствовала себя оскорбленной. 

Мою жертву не оценили, более того, требовали принести гораздо большую на алтарь нашей семьи.

– Да у вас, у девушек, все равно ветер в голове. Это ты сейчас думаешь, что его не любишь, – недовольно сказал отец.

– А поживете вместе пару месяцев, так счастлива будешь. Уж всяко он лучше этого голодранца.

Честно говоря, я поражалась терпению Рихарда. На его месте я бы уже давно вспылила и покинула столь негостеприимный дом, а он молчал и только с видимым интересом прислушивался к нашему разговору.

– Я выхожу замуж за этого, как ты говоришь, голодранца, вне зависимости от того, нравится он вам или нет, – твердо сказала я.

– Если ты сделаешь такую глупость, ноги вашей здесь не будет! – пафосно вскричал отец.

– По завещанию мне принадлежит треть дома, – напомнила я. – Так что запретить мне сюда входить вы не сможете. Но я сама больше не вернусь.

С этими словами я схватила жениха за руку и покинула родительский дом, сопровождаемая воплями отца о том, что я должна немедленно опомниться, вернуться и выйти за Клауса. И все это по кругу в произвольном порядке.

– Не понравился я твоему отцу, – заметил Рихард.