Завещание инора Бринкерхофа

– А я тебе тогда платье свое сегодня покажу, а?

Но я только щелкнула ее по носу и отправилась в кабинет. Папа действительно сидел там, за резным дедовым столом, и с серьезным видом что-то высчитывал на листе бумаги.

– Ты одна приехала? – спросил он вместо приветствия.

– Одна, – ответила сестра, которая увязалась за мной, надеясь узнать, что же я ей приготовила в подарок.

– Барбара, – недовольно поморщился отец, – иди-ка принеси нам чаю.

Когда сестренка вышла из комнаты, он еще помолчал некоторое время, а потом довольно зло сказал:

– Зачем ты это устроила? Мы уже с Хайнрихами все обсудили.

И дату свадьбы назначили. Не поверю, что ты вдруг воспылала чувствами к этому оборванцу.

– А не все ли равно, папа, воспылала ли я чувствами к тому, за кого вышла, – резко ответила я. – Вам же главное – получить деньги.

– Вовсе нет, – возмутился отец, – я забочусь о твоем счастье не меньше, чем о своих доходах. Для тебя Клаус Хайнрих – идеальный вариант. Красив, богат, любит тебя столько лет.

А ты так с ним некрасиво поступила. Дала надежду и тут же отобрала.

Столь высокопарные выражения крайне редко появлялись в речи отца, и всегда причина была одна.

– Папа, ты что, у них денег занял? – прямо спросила я. 

– С чего ты взяла? – он удивился настолько фальшиво, что я сразу убедилась в своей правоте. – Просто мой отец знал о его чувствах и, внося этот пункт в завещание, думал именно о твоем браке с Клаусом. А ты нарушила его волю.

– Мы вряд ли узнаем, о чем думал дед, – сухо заметила я.

– Как много ты занял? И на каких условиях?

Тут Барбара принесла поднос с чашками, чайником, сахарницей и вазочкой с печеньем, что дало возможность отцу не отвечать на вопрос. Он выставил сестренку из кабинета и засуетился вокруг подноса. Богиня, сколько же он занял у Хайнрихов?

– Тебе же сахара два кусочка, так? – он протянул мне чашку, ласково улыбаясь. – Давай спокойно попьем чай, а потом вернемся к обсуждению наших проблем.

Я взяла из его рук чашку и чуть не уронила – яркая красная вспышка перед глазами сопроводилась уколом в палец.

Цветовое пятно пропало, но чувство жжения усилилось. На том самом пальце, где находилось кольцо-артефакт, подаренное мне Рихардом. Оно мне действительно понравилось, и я носила, даже не думая, что это не только ювелирное украшение. Я недоверчиво посмотрела на чашку, затем перевела взгляд на отца. Он встревожился.

– Что-то случилось, дорогая? Ты так побледнела.