Завещание инора Бринкерхофа

                – Барбара, иди к себе! Немедленно!

                Сестра обиженно выпрямилась и гордо вышла из комнаты. Я проводила ее взглядом и внезапно поняла, что замуж не хочу еще сильнее, чем раньше. Тем более за Клауса. Что же делать? Паника неудержимо росла, хотелось убежать вслед за сестрой, но я взяла себя в руки и твердо сказала:

                – Предлагаю отложить этот разговор до конца сессии.

Возможно, мы найдем решение, удовлетворяющее обе стороны. А сейчас, извините, мне надо собираться. Мой дилижанс отходит через час.

                – Хотелось бы большей определенности с датой, Ивонна, – суховато сказал отец. – Ты же понимаешь, что мы все сейчас зависим от твоего каприза, и беззастенчиво этим пользуешься.

                – Я пользуюсь? – От негодования у меня перехватило горло, и я закашлялась.

– Да я во всем иду вам навстречу. Единственное условие – позволить мне доучиться.

                – И все же, определись с датой до отъезда, – не смягчился отец. – Мне не хочется остаться нищим из-за твоей блажи.

                – Положим, блажь не моя, а дедова, – не удержалась я, но, взглянув на нахмуренное лицо родителя, продолжила: – Не позже чем через две недели после окончания зимней сессии я выйду замуж.

Даю слово.

                – Замечательно, – расплылся в улыбке отец и обратился к Хайнрихам: – Если Ивонна дала слово, она его ни за что не нарушит.

                – Клаус, да отпустите вы наконец мою руку! – не выдержала я. – А то я на дилижанс опоздаю.

                – Было бы замечательно, если бы вы передумали уезжать, – с надеждой посмотрел он на меня, но руку отпустил, и то хорошо.

                – Я уже высказалась по этому вопросу, – ответила я и быстро вышла из комнаты, не желая больше принимать ни малейшего участия в обсуждении моей свадьбы. По мне, так сегодня это чересчур популярная тема.

                Собирать мне было нечего, так что я подхватила саквояж и выбежала из отчего дома.