Добыча Дракона, или Жена поневоле

Помещение в самом деле было всего одно. Тот самый зал, который мы с Фейсалом разделили на двоих.

Сосед из Великого Дракона получился так себе. Он уже начал пованивать, и я выделила один из ковров, чтобы прикрыть покойника. Может, хоть так сдержу запах.

Еда быстро заканчивалась. Вместе с ней таяла надежда на спасение. Ни запасного выхода, ни лаза я не нашла. Их попросту не было. А камень, закрывающий проход, был слишком тяжел для меня.

Я пробовала его сдвинуть, но только надорвала спину. Пыталась проломить его найденными в дарах предметами – подсвечник, меч (с Фейсалом похоронили его личное оружие), но все бесполезно.

Агэлар тоже не торопился меня спасать. Как знала, что не стоит ему верить. Он просто хотел от меня избавиться, а про спасение говорил, чтобы я не артачилась.

Предатель! Подлец! Мерзавец! Это лишь малая часть эпитетов, которыми я наградила Агэлара.

Мои силы быстро заканчивались. Воздух гробницы добивал меня. Вскоре я уже дышала со свистом. Появилась слабость и общее недомогание.

Я все чаще возвращалась к своему импровизированному ложу и отдыхала. Порой проваливалась в забытье. Потом приходила в себя, бормотала под нос проклятье уже в адрес Фейсала.

— Ненавижу тебя! — кричала я. — Это все ты! Чтоб ты сдох! Ах да, ты уже…

Даже тут он меня опередил. Лежит себе, разлагается и проблем не знает. А мне мучаться.

Дни слились в сплошную массу. Сколько их прошло? Я сбилась со счета. Не видя солнца, невозможно следить за сменой суток.

Я все реже вставала.

Надежды на спасение не осталось. Я только не понимала – зачем мне оставили еду? Чтобы продлить страдания? Это совсем уж бесчеловечно.

Первыми закончились продукты. Потом вода. А затем я мало что помню. Я просто лежала. То проваливалась в сон, то приходила в себя, но ненадолго.

В очередной момент бодрствования услышала тихий стук. Будто дятел долбит ствол дерева.

— Кыш! — махнула я рукой. — Улетай. Не мешай мне умирать.

Еще не хватало, чтобы какой-то дятел омрачил мои и без того безрадостные последние минуты жизни.

Но дятел никуда не делся. Наоборот, стал долбить громче, что возмутило меня до глубины души. Я тут умираю, а он… ну никакого уважения к чужой смерти!

Ворча себе под нос проклятия, я поднялась на ноги. Меня шатало от слабости, так что приходилось держаться рукой за стену. Шаркая ногами, я побрела на звук. Кажется, он шел от каменной глыбы, закрывающей вход.