Проклятый капитан. Грозовой фронт

Чужеземные, резкие черты лица сейчас казались самыми родными, темнели чёрные полосы щетины и что-то завораживало в том, как он смотрел на неё.

Интересно, Алекс и сейчас будет воспринимать её как ребёнка или… Джейна молча положила ладони на его грудь, провела пальцами, чувствуя тепло и пьянящий запах его дыхания. Подалась вперёд. Алекс вдруг легко подхватил и посадил ее на край стола. Подошёл близко, совсем тесно между разведённых бёдер — ни уйти, ни выскользнуть — коснулся обеими руками её шеи, вплёл пальцы в растрёпанные волосы.

Поцеловал, впиваясь губами в губы, и от его желания волна прошла по телу, отдалась слабостью в коленях.

— Алекс, — прошептала Джейна, — надо спать, утром же...

— Тс-с-с, — он коснулся лбом её лба, прижал большой палец к губам, провёл сверху вниз. На языке почувствовалась соль, от его рук пахло влажным деревом и металлом.

Он целовал её, расстёгивая пуговицы на плотных юнговских брюках. Приникал обветренными губами к животу, груди, стаскивая свободную рубаху. Джейна принялась расстёгивать его пояс, поцеловала сама, провела кончиком языка по его губам и прикусила нижнюю, и Алекс, глухо простонав, прижал к себе и подхватил на руки.

Джейна чувствовала лихорадочный жар его тела, соприкасаясь обнажённой кожей. И не отпускала, обвив руками шею и прогнувшись, желая быть ещё ближе.

— Что ты со мной делаешь… — выдохнул он и отнёс, пошатываясь, на заправленную кровать.

 

… Несмотря ни на что, поспать всё-таки удалось, по крайней мере половину ночи, и утром Джейна открыла глаза даже раньше Алекса.

Воспоминания о страсти, охватившей вчера, отозвались внутри сладкой негой.

Качки не было, волны стихли, сонно ворковали за окном птицы, усевшиеся на корму. Но тревожное предчувствие не исчезло и ощущение, что она ещё долго не увидит эту каюту и “Ясный” проявилось вдруг особенно ярко. Если увидит вообще.

С чего вдруг такие мысли? Сейчас она могла бы снова просить богов об ответах, могла бы снова погрузиться в видения, наверное, возможно, узнать что-то о будущем, но нет! Не надо.

Иногда лучше не знать. Не знать ничего, что будет потом. Пусть будет только сейчас, здесь и сейчас...

Джейна осторожно выбралась из-под тяжёлой руки Алекса и оделась, собрав разбросанные вещи с пола. Косые рассветные лучи пробились через окно, и Алекс с выдохом повернулся, просыпаясь. Лёжа на животе, потёр пальцами лоб, взглянул из-под руки, щурясь от света, и спросил сипло:

— Идём?

Как будто они вчера пили.