Проклятый капитан. Грозовой фронт

не делай больше глупостей вроде отчаянных побегов, да? — усмехнулся он, в последний момент уклоняясь от её сердитого удара в плечо. — Иди сюда. Иди. Прости. Прости за всё, — проговорил тихо, снова замирая рядом и окутывая своим теплом.

И чувствовать его снова живого, пришедшего в себя, такого родного и горячего было так невыносимо... нужно, что и Джейна затихла в его объятиях, из последних сил пытаясь удержать это мгновение.

Глава 10. Лавина

Карету, гулко катившую по мокрой от недавнего ливня горной дороге, круто занесло вбок.

Талире пришлось упереться в стенку, чтобы не разбить лоб об окно.

— Всё в порядке, Ваше Величество? — встревоженно заглянул внутрь Гарлис, что сопровождал карету верхом. Отныне он был капитаном императорских гвардейцев и держался ближе всех к императрице.

— Да, — коротко отозвалась Талира, откинувшись чуть назад на подушки. Через открытое окно овеял лицо морской бриз, и она глубоко вздохнула.

— Эй, там, — крикнул гвардеец кучеру и пришпорил своего коня, чтобы поравняться с козлами.

— Смотри, как поворачиваешь! Ещё немного и…

Кучер что-то буркнул в ответ, а Талира видела, как Гарлис, перехватив поводья одной рукой, вторую сжал в кулак и недвусмысленно продемонстрировал кучеру.

Тот не отозвался, он был и правда слишком молчаливый. Талира даже не могла припомнить, видела ли она его раньше, очень уж неприметное у него было лицо под узкой, надвинутой на глаза шляпой.

Впрочем, под охраной двух десятков императорских гвардейцев едва ли стоит волноваться об этом.

А Гарлис, который своими руками прикончил безымянного мужчину в далёком западном Меригосте, внушал особое доверие. Казалось, этот случай повязал их незримой лентой, да только едва ли голубоглазый и улыбчивый гвардеец имеет хоть малейшее о том подозрение. Для него это был святой долг — защитить императрицу, на которую напал опасный колдун. Так что, похоже, эту связь Талира выдумала сама для себя, неосознанно выделяя капитана гвардейцев среди остальной охраны.

А может, он просто милый и красивый мальчик, такой юный и наивный, какой когда-то была она сама... Погрузившись в такие рассеянные мысли, Талира даже почувствовала, как лёгкая улыбка скользнула по лицу, пока не вернулась к делам более насущным, чем внимание красивого офицера.

Давно она не оставалась в одиночестве, без всех советников, послов, министров и прочих. Всё время отнимали бесконечные совещания и встречи.