Проклятый капитан. Грозовой фронт

Талира кивнула фельдмаршалу и едва заметно устало улыбнулась Эвану, чей взгляд привычно внимательно изучил каждую её чёрточку. Он и сам хотел что-то сказать, но не мог. Они поговорят обо всём позже, наедине. Если уж во дворце повсюду уши и предатели, что уж говорить о чужом корабле...

— Позвольте угостить вас обедом, Ваше Величество, — любезно предложил адмирал. — Должно быть, вы утомились с дороги. А уж после обсудим все подробности нашего отправления...

— Не имею ничего против, — разрешила всем занять места Талира и села во главе стола, напротив обширного окна, что тянулось во всю ширину каюты и щедро дарило дневной свет.

После обеда, вкуса которого она толком не ощутила, снова перешли к делам. Обсудили и положение флота возле архипелага, и убытки из-за затрат на горючие смеси, и те успехи в потоплении вражеских кораблей, что-таки удалось достичь за последние недели.

Война на крохотном — по меркам обширной Империи — клочке суши охватывала всё больше территорий, вытягивала все силы и ресурсы.

Даже Шинтар, который раньше оставался не у дел, стал камнем преткновения. Решение занять его и сделать временной базой принадлежало Ильясу, и здесь Нотэри его поддержал. "Лишить врага безопасного тыла, разделить на два фронта!" — высказывал он свои идеи, нависая над распростёртой на нескольких столах картой. Король же Элайас не на шутку разъярился попыткой ивварцев занять Северный остров и защитить его население и слал на архипелаг все новые и новые войска.

Эван снова заговорил о том, что пусть формально это территории Энарии, но то ведь решил лишь Верховный Служитель во главе с предыдущим правителем Энарии после насильственного насаждения своей власти, не спросив тех, кто прожил на островах полжизни, отдал этой земле свои силы и кровь.

И Иввар не мог не защищать своих людей от тотального и жестокого уничтожения — только за то, что они исповедуют веру иначе.

Ильяс подтвердил, что несмотря на потери и затянувшиеся схватки, уступи Иввар сейчас хоть чуть — и потеряет не только влияение на Северный остров, но и уважение других стран.

Даже захудалые Тесейрские острова всё чаще заявляли о себе и своей независимости на западных границах, не говоря уж о поднявших голову пиратах с Флореша.

При мысли о пиратах колючие мурашки пробежали у Талиры по плечам. Разбойники и головорезы, настоящие ублюдки-аборигены, что больше похожи на одичавших полузверей, чем людей, — сейчас, во время войны для них самое разгулье на морских просторах.