Богини бывают разные

Чем дальше, тем больше парень начинал сомневаться, что тот увенчается успехом…

Этот упырь не был Гошей, имени у него отродясь не водилось, сам про себя, даром, что мелкий и хромой, он думал что-то роде Великий или Могучий, Никого-Не-Боящийся, разумеется. Но в последнем имени Велико-Могучий сегодня усомнился. Ибо увидел это.

Они с другими упырями тихо грызлись в своем узком кругу, когда услышали нарастающий шум. В нем нежити различили топот и вой своих соплеменников. Что происходит?! Предчувствуя худшее, они замерли и, переглянувшись, уставились туда, откуда раздавались эти тревожащие звуки.

Робкая надежда, что кто-то поумнее придумал, как высвободиться из жуткой круговой ловушки, в которую их загнала недавно чужая злая воля, испарилась, когда они увидели несущихся на них сородичей. С вытаращенными глазами, они выли что есть мочи, махали лапами и постоянно оглядывались назад.

Что могло их так напугать? Велико-Могучий чувствовал, что у него поджимается зад при мысли о том жутком монстре, что заставил их бесстрашное племя сорваться с места.

Его сковал ужас, лапы примерзли к земле, заставляя просто смотреть на приближающихся соплеменников. Но потом он увидел того, кто гнал их всех как пастушья собака стадо овец.

На нижнюю половину — упырь, на верхнюю — что-то жуткое, рыжее, со странными лапами-щупальцами, мотающимися то вперед, то назад. Оно наклонялось то в одну сторону, то в другую, неизменно наводя панику среди тех, кто не мог отбежать достаточно далеко, и выло-рычало так, что пронимало до печенок.

А рядом с ним скакал еще один монстр — поменьше. Этот вообще оседлал их сородича и лупил по его голове здоровенной дубиной, улюлюкая и подгоняя тех нежитей, кто бежал недостаточно быстро.

Толпа упырей приближалась. Приближались и монстры. И Велико-Могучий не выдержал — отмер и бросился прочь от этих тварей. Его скулеж подействовал на тех, кто был рядом, и они сорвались вслед за ним.

Рхин с упоением опустила дубину на голову упыря, на котором сидела, провыла что-то и тут наконец заметила то, что они искали.

— Грым! Грым! Вон! — пихнула она увлекшегося, воинственно вопящего напарника в бок. Тот сидел на здоровенном нежите и потрясал крестом, созданным из двух палок и пояса. Платье же напялили сверху на манер чучела.

— Да Грым! — заверещала Рхин, опасаясь, что он не увидит их спасения — каменного выступа, оставшегося от каких-то прежних построек. На гладких стенах рва более подходящего места им не найти.