Сны о красном мире

Один рядом, двое напротив, но их лица рассмотреть не было никакой возможности, как Милена ни старалась. Отвлечься было больше нечем и девушка оказалась в полной власти мрачных мыслей и предчувствий, но теперь уже без всякого юмора.

Милена была уже сама не своя от переживаний, когда экипаж остановился. Ей надели на голову капюшон, и дверца открылась. Девушка зажмурилась от яркого света. Когда глаза привыкли, оказалось, что экипаж стоит на широком мощеном каменными плитами дворе того самого белого дворца. А яркий свет льется из множества светильников, похожих на тот, что был в камере, но богаче и изящнее, висящих на увитых какими-то растениями стенах по обе стороны от невысокого крыльца с изящными перильцами.

Впрочем, вход был явно не парадный.

Грубый толчок в спину по направлению к ступенькам, ведущим к широкой двери — и Милена мгновенно потеряла интерес к окружающему. Оглянувшись и увидев своего давнишнего знакомого с бородой и его остроносого спутника, девушка поняла, что ничего хорошего ей не светит. Мужчина с сединой уже скрылся в дверях, и «рыцари» поспешили за ним, подталкивая Милену в ноющую между лопатками спину.

7

Лорд-протектор Леантара Альд Карем Волден дан Глисса вялой походкой вошел в тронный зал, царапая золотыми шпорами сапог из кремовой кожи белые с голубыми и серыми прожилками мраморные плиты пола. Оттолкнув рукой лакея, который хотел поправить сбившийся воротник из тончайшего саффского кружева на костюме из белоснежного атласа с золотым шитьем, дан Глисса поднялся на ступеньку, ведущую к трону.

Небрежно отбросив край плаща из кремового бархата и приподняв усыпанный драгоценностями короткую шпагу, лорд развалился на троне, закинув ногу за ногу. В ту же секунду рядом с троном возник советник в бордовой мантии.

Лорд поправил на лбу обруч с изумрудом (доставшийся в наследство от почившего брата венец был чуть великоват) и махнул рукой стражникам. Те распахнули двери, и в зал вошли двое дворян. Один из них, Дрого Крим Эри дан Крейст, с резкими чертами лица, поклонился и отошел в сторону, чтобы его товарищ, держащий за плечо женщину, поравнялся с ним.

Лорд молчал. На его холеном, изнеженном лице лежала смертельная скука. Он пропустил мимо ушей слова дан Крейста о подавлении бунта в Кирсане, так как узнал об этом еще позавчера, и лишь вяло кивнул, поглаживая усики, когда тот закончил с подробностями. Взгляд дан Глиссы перебрался с лица благородного Эри на пленницу и остановился. Та стояла, опустив голову, волосы полностью скрывали лицо.