Сны о красном мире

К тому же Милия каждую секунду ожидала услышать за спиной топот и крики.

Но вот тонкая рука Исиды толкнула ничем не примечательную деревянную дверь, и в лицо ударил густой холодный аромат ночи, смешанный с запахом конюшен, гниющих овощей, каких-то отходов и запахами готовящейся пищи. Дворцовая кухня продолжала работать даже ночью. Света, падающего из кухонных окон, было недостаточно, и потому часть двора тонула в непроглядном мраке. Однако Исиду, предусмотрительно взявшую Милию за руку, это нисколько не смущало. Она уверенно шла вперед.

Вынырнули из темноты еще более черные стены конюшен и каких-то сараев.

— Поднимите платье, госпожа, — шепнула Исида. — Здесь грязно. 

Отпускать руку служанки не хотелось, поэтому Милия кое-как сгребла подол рукой, которой придерживала висящую за плечами сумку. Невольно оглянувшись, девушка похолодела от страха. За ними бесшумно скользили легкие гибкие тени с горящими в темноте красными щелками глаз. Вот почему задний двор не был освещен. Таким сторожам, как варлы, так до конца и не прирученным псам Тер, не нужен был свет, чтобы видеть землю под когтистыми лапами и добычу перед носом.

Каким-то необъяснимым чутьем варлы всегда безошибочно определяли, где свои, что живут во дворце, а где чужие. Однако достаточно было одного короткого приказа стражника, который, высунув голову из караулки, заподозрит в идущих воров или злоумышленников, чтобы от девушек остались кровавые ошметки.

Конечно же, Милия знала, кто охраняет ночью хозяйственный двор, поскольку дан Глисса порой хвастался, как истошно орут те, кого, уличив в шпионаже, бросают в загон к доведенному до бешенства голодом десятку варлов.

Больше похожие на гепардов, чем на собак, эти твари одним своим внешним видом вызывали невольный страх, поэтому нет ничего удивительного в том, что Милию прошиб холодный пот, когда до нее дошло, кто их с Исидой провожает. Исида, впрочем, не обращала на псов никакого внимания.

Вскоре по правую руку от девушек выросла каменная стена, основание которой скрывал густой кустарник.

Такие же кусты росли и с левой стороны. Тропинка, на которую свернула Исида, тянулась вдоль стены и так же тонула во мраке. Служанка шла легко и быстро, Милия же постоянно спотыкалась, но старалась не отставать, завершали процессию около дюжины пар глаз.

Примерно шагов через сто кусты стали выше, тропинка — шире, а Исида остановилась, держась за что-то рукой. Похоже, это был какой-то забор.

— Госпожа, — шепотом сказала Исида, — дальше вы пойдете сами.