Оставьте меня на вторых ролях!

Ага, как же. Корону на голове еще забыла поправить.

В общем, внесли мне два симпатичных, но довольно скромных букета в корзинках и одну среднюю коробку, перевязанную переливающейся магической летной. Ладно, сделаю вид, что я не разочарована. Я вообще же изначально ни на что не рассчитывала. Так что взяла себя в руки, тряпка!

Сначала проверила цветы. В каждом букете имелась карточка, с витиеватыми подписями о прекрасно проведенном вечере. С трудом мне даже удалось припомнить двух ничем не выделяющихся молодых людей, с которыми мне довелось потанцевать.

Карточки были представлены на строгий отцовский суд, что там нет никаких откровений и непотребств, а я занялась коробкой под проницательным матушкиным взглядом. Навскидку я предположила, что там все-таки дары из кондитерской. Хотя, вполне возможно, что это какая-то дорогая цветочная лавка так извращается – маленькие букеты, стоящие запредельно и завернутые в сотню-другую оболочек.

Карточек сверху не оказалось, так что, пожав плечами, я развязала ленту. Стоило бантику распасться, как коробочку охватило легкое свечение, почти мгновенно угаснувшее. Это меня уже слегка насторожило. Впрочем, если родители спокойны, значит, опасаться подарка нечего.

Под крышкой была видна пока лишь золотистая упаковочная бумага. Зато прямо поверх нее нашлась наконец-то и записка. Только завидев первые строки, я обомлела.

«Король с королевой хохотали над вашей шуткой до слез, а вот Эдмонд, пожалуй, слегка оскорбился. Но не переживайте, я сохранил ваше имя в секрете. И все же, Их Величеств довольно сложно впечатлить, так что позвольте преподнести вам этот подарок. Вы определенно его заслужили.

Теофрен Клаверси».

Пока я круглыми глазами в третий раз перечитывала незамысловатое послание, карточка в руках, вдруг вспыхнув, осыпалась золотистыми блестками.

— А это от кого? — подозрительно нахмурился папенька.

— Анонимная, — поспешила сообщить, не желая, чтобы даже родители связали мое имя с герцогским. Еще слуги услышат, слухи пойдут. Аристократы вообще недооценивают прислугу, и их возможности испортить хозяевам жизнь. — Просто выражение восхищения моей красотой и очарованием, — улыбнулась, надеясь, что любящий папочка не распознает в словах иронии.

— А в коробке что? — уточнил настороженно.

— Еще не смотрела, — пожала я плечами.