Прятки в облаках

Красавец Андрюша Греков — с розами, на одном колене, стыдоба-стыдобища! Да как ей теперь в глаза-то ему смотреть?

Совершенно измучившись, Маша рывком перевернулась на мягкой, из дома привезенной, перине и в голос застонала. Анька еще в прошлом году заговорила их балдахины на звуконепроницаемость, и здесь, в ее крохотном мирке, можно было не опасаться разбудить соседок.

Тяжело вздохнув, Маша погладила вышитых гладью горлиц на подушке — мамина работа, такая тонкая, что не оставляла по утрам следом на коже.

Воспоминание о доме, таком большом, уютном, накрыло волной покоя.

А проснулась она уже от звонка телефона, перебившего будильник.

— Ммм?

— Маруся, что стряслось? — взволнованно и строго спросила мама. — Почему ты плохо спала?

— А?

Маша переполошилась: опоздала? Проспала? Посмотрела на часы.

— Не могу поверить, — пробормотала она, — семь утра!

— У тебя неприятности, детка?

— Да с чего ты взяла?

— Сердце матери…

— Мам, не морочь мне голову.

— Просто я волнуюсь, Маруся.

Обычно ты спишь очень крепко, с детства так было…

Маша огляделась по сторонам. На полке в изголовье громоздилось несколько игрушек и большая семейная фотография. Уж не ее ли заговорила мама, чтобы шпионить за дочерью? Ох, прав был Дымов, не надо даже и думать о том, чтобы рассказать семье о произошедшем — задушат своей опекой.

— Мам, у тебя шестеро детей, трое внуков и один беспокойный муж. Если ты будешь следить за каждым из нас, то вот увидишь — в этом году титул лучшей свахи года точно уйдет к Красотиной.

— Не напоминай мне о ней, — тут же разозлилась мама. — Эта женщина снова злословит о том, что мой старший сын все еще не женат. Мол, какой из меня мастер после этого… Даже не знаю, Маруся, я подобрала ему такую хорошую девочку… стопроцентная совместимость!

— Ну ма-а-а-м, — простонала Маша, — оставь Димку в покое, а то он опять уйдет в кругосветку, и раньше лета мы его не увидим!

— Да, но…

— У меня все хорошо, — твердо заверила ее Маша, — у Димки тоже все хорошо, мы позавчера созванивались.

Ему и без стопроцентной девочки отлично. Хватит из-за нас всех трепыхаться. Запишись на какой-нибудь курс по каллиграфии, что ли. А теперь мне пора, первой парой черчение, а ты и сама знаешь…

— Знаю-знаю, — заторопилась мама, а потом в ее голосе послышалась едва заметная обида. — Но я так рада, что ты думаешь о будущем и записалась на семейно-любовный курс.