Прятки в облаках

Чтобы понять, как думал этот человек, надо быть и словесником, и физиком, и астрономом, и географом, и художником одновременно. Идите-ка сюда, — он вдруг поманил ее в беседку, густо увитую ярко цветущими клематисами. Машу всегда это поражало: вчера ведь еще снег лежал! А сегодня — полюбуйтесь — цветы. Нет, если Бесполезняк и правда выгнала Зиночку с учебы, то зря. Такой талантище.

Там, в укромной тени беседки, Лиза-Дымов достал из дамской объемной сумки, в которой потерянно болталось несколько учебников, некий предмет, завернутый в тряпичный мешочек.

Извлек простое прямоугольное зеркало, вопреки ожиданием, без инкрустации драгоценными камнями или золотом. Наверное, его создатель не хотел привлекать к вещице особого внимания — простая бронзовая оправа, внутри которой была заключена чуть отливающая серебром, слегка мутная пластина.

— Хотите посмотреться в это зеркало, Маша? — прошептал Дымов так, будто предлагал ей все сокровища мира.

Она торопливо зажмурилась.

— Ни за что!

— Неужели вам не интересно?

— Нисколько.

— Рябова, Рябова, — вздохнул он разочарованно, — с таким подходом вам не достичь академических успехов. Любопытство и стремление к экспериментам — вот что разделяет теоретика от новатора, от истинного изобретателя. Это зеркало меняет тебя на клеточном уровне, у меня даже раздражительность появилась, вовсе мне не свойственная. Очевидно, все дело в определенном периоде цикла…

Если он сейчас заговорит о менструациях, Маша опять расхихикается.

«Не смей, — одернула она себя, — ты современный человек и понимаешь, что табуированности некоторых тем давно морально устарела…»

И поняла, что хихикает.

Тут она подумала: а решится ли Дымов в своей женской ипостаси заняться сексом? И если да, то с кем? Как далеко его заведет стремление к академическим успехам?

— Ну и как? — спросила она, по-прежнему не открывая глаз. — Удалось вам разгадать секрет этого зеркала?

— Увы. Но то, что мне вообще довелось им пользоваться — это невероятная удача, ведь Вечный страж хранит свои сокровища при себе.

Кто знает, что у него еще там припасено, — голос Дымова окутала очаровательная вуаль мечтательности, и Маша посмотрела на него.

Опустив голову, он нежно поглаживал пальцами обратную сторону зеркала. Глядеться в него он тоже не спешил — еще не хватало вернуться в свой настоящий облик. Представив Циркуля в розовом свитере и цветастой юбке, Маша торопливо ущипнула себя за руку.