Потерянное сокровище

Боги, да она дитя неразумное. Выкинет что-нибудь — костей не соберем.

— Надо расспросить Энтони, — упрямо закончил я. — И про серебряный город, и про смерть Бассетов. Он болтал о каких-то лунных девах-оборотницах. Сделал предположение, будто мать Алисандры одна из них.

Ульс хмыкнул, пододвигая мне второй бокал.

— Чудеса встречаются, Кейн.

— Ты о чем? — хлебнул я.

— Все полагали, что род Бассетов вымер, но девочка явилась к твоему порогу, несмотря на преследование. Никто не верит в способность женщин защищаться, но нам известно о талантах Эльвиры и сестрах в монастыре Матери Мироздания.

— Мария Бассет? Лунная дева?

— Почему нет? — утверждал друг. — Вспомни, никто понятия не имел, откуда она появилась, где родилась. Была могущественным магом, умела сражаться. Я тебе будто характеристику из учебника по мифологии описываю.

— Это легенда, — упрямился я.

— Мы много путешествовали, много видели. И ты не смеешь спорить, что некоторые из сказок довольно правдивы.

— Серьезно? Оборотни? — я едва удерживался от смеха.

Да, в экспедициях я часто поражался уровням магии, изумлялся секретам мастерства и созданным древним амулетам, но перевоплощение человека в животное... Какая чушь!

— Об этом лучше спрашивать Алисандру. Но почему бы и нет? — улыбнулся Ульс. — Лунная дева, звучит очень романтично. Я верю девочке, она понимает, о чем говорила.

Вот только она мало говорила, больше помалкивала. Обозначила, вбросила, но настоящих сведений не выдала.

— Хорошо, — я посерьезнел. — Но без нее мы точно Найтветт не отыщем. В каком статусе ее брать? Что я опекун? Даже это чересчур скандально. Предварительно ее следует выдать замуж.

Мысли о замужестве Алисандры разъярили меня окончательно.

Она и сама предложила подобное, но позабыла, в связи с количеством собственных приключений. Где бы герра Бассет ни ступала, там ее поджидала новая проблема.

Отдать ее Бодли за корабль? Да я руку себе по локоть отрежу. Кому-то из наших аристократов? Не смог вспомнить ни одного достойного кандидата. Они либо стары, либо учатся в средней школе. Ее ровесников упоминать не хочется. Ненавижу маменькиных сынков и хлыщей.

— Есть одно предложение, — Ульс поднял бокал и покрутил его, ловя отблики свеч.

— Какое?

— Отдай ее за меня.