Дом на свою голову

Вернее, это было похоже не на перестройку, а на наведение порядка, а если быть ещё точнее, то на генеральную уборку внутреннего пространства состояния Анны. Внутри неё происходило, что-то доселе неизвестное ей, проснувшееся в самых отдалённых глубинах её человеческой сущности. С одной стороны, это неизвестное пугало, а с другой, безумно влекло возможностью стать совершенно другой и скорее всего намного совершенной, чем она была до этого. Анна почувствовала, как по кистям рук и конечностям ног стало разливаться тепло и проникать к самому сердцу, которое неестественно стало биться.

Стук стал чуть медленнее, но более наполненным и густым, и было ощущение, что словно, что-то хотело вырваться наружу. Помня, что было написано в книге, Анна постаралась не испугаться и прислушаться к этому ощущению в сердце, сливаясь с ним в одно целое. Результат не заставил себя ждать. Через секунду в области груди произошло, что-то вроде прорыва и что-то невидимое, но вполне осязаемое вырвалось из тела, но это «что-то», в тоже время, неразрывно оставалось связанно с Анной. У неё возникло ощущение, что границы её тела значительно расширились. Нет, само физическое тело оставалось в своих пределах, но появилась незримая и чувствительная оболочка, которая распространялась во все стороны и соприкасалась со всеми окружающими предметами в комнате, и Анна чувствовала прикосновение к ним. Сила высвободилась из забытья. О ней вспомнили и её позвали.

– Вот это да – только и смогла произнести Анна.

Всё происходящее было словно не с ней.

Она входила в совершенно другую действительность, с новыми правилами и возможностями. У неё уже не было того страха, который был недавно. Наступившее внутреннее спокойствие и уверенность ощущалось каждой её клеткой. Она снова посмотрела в зеркало и стала рассматривать своё обнажённое тело. У неё уже не было того неудобства, которое она испытывала вначале, глядя на своё отражение. Наоборот, появилось чувство любви и уважения к своему телу, и ей казалось, что оно отвечает ей тем же. Анна посмотрела на свою одежду, лежащую на стуле и вдруг осознала, что у неё не было никакого желания одевать её обратно. Она не хотела вновь закрывать своё тело и ограничивать его. Мало того, Анна почувствовала, что оно словно говорит ей, что ощутило долгожданную свободу, которой её лишали долгое время и противится одежде.

И вдруг Анна вздрогнула, с удивлением услышав бой настенных часов, висящих в зале.

«Они же ходили», – пронеслось в её голове.