Покер для даймонов

- И улыбнулась, как шаловливая девчонка.

Отгоняя этой легкостью тревожный вопрос, родившийся в моей голове. Это ж кем надо быть, чтобы отправить в магическое сновидение этих двоих?

И она отвечает, добавив в свой взгляд немножечко ехидства:

- Меня зовут Тиасаль. Я - дракон.

- А по виду и не скажешь, - хмыкнула я, даже не пытаясь представить ту форму, в которую обращается эта красавица, расставаясь с человеческой личиной. Ну, никак не вяжется это существо, больше похожее на фею из сказок, с теми летающими ящерами, которых я видела только на картинках.

Она отзывается насмешливым взглядом, от которого хочется смеяться. Радостно, не задаваясь вопросами о причинах счастья, которым наполняется сердце. О легкости, от которой летит душа. Об ощущении покоя, которым пропитывается тело.

И я смеюсь. Изгоняя из себя тот страх, тот молчаливый крик, который я издала, осознав, с каким заклинанием мне предстоит встретиться.

Пока боль, впервые с того момента как я открыла глаза, не пронзила меня насквозь, заставляя стиснуть зубы, чтобы сдержать стон.

Но даже в таком состоянии я не могу не наслаждаться ее движениями.

Она словно огонь. На мгновение замирает, растворяясь в воздухе, сливаясь с ним, становясь им. И... вспыхивает. А ее платье поднимается, как всполохи пламени.

Она так быстра, что я не замечаю, откуда в ее руке появляется темный флакон, который она подносит к моим губам.

- Пей.

У меня нет причин ей верить. Но вопрос, доверять ли ей, даже не возникает.

В моих ощущениях нас связывает вечность. Я ее не знаю - я ее чувствую. Я ощущала аромат ее тела, когда держала на руках малышку. Я удивлялась ее искренности, когда детские ручонки обвивали мою шею. Я не знаю, почему она не рядом с дочерью, но у меня нет сомнения, что причина для этого есть. И она очень существенная.

И с трудом, пытаясь сфокусировать свой взгляд на ее зрачках... вертикальных зрачках, раскрываю губы.

Жидкость обжигает их, огненной волной омывает язык и лавой скользит внутрь.

И боль отступает, растворяясь. В наполняющей мое тело силе.

- Что это? - Мой голос все еще слаб, но уже не наводит на мысль о скоропостижной кончине.

- Лучше тебе не знать. - И она легко, лишь одними уголками губ, улыбается. Эту улыбку было бы трудно заметить, если бы не глаза. Они настолько живые, настолько радостные, что не оставляют сомнения в том, что творится в ее сердце.