Рассекающая песнь ветра: Алый

Кинув тетрадь на стол, я присела к нему на кровать и расхохоталась, глядя на увеличенные глаза, которые смотрели на меня через линзу оптического предмета. Темный с минуту посмотрел на меня как на тяжело больную и озадаченно спросил:

– Ты что, в столовую без меня ходила и угостилась там чем-то явно галлюциногенным, раз на смех так прорвало?!

– Ой, не могу. Ты такой милашка в этих очках, этакий лупоглазый ботаник, – успокаиваясь, пояснила я свой смех. – Не знала, что у тебя такие имеются. У нашего куратора точно такие же.

Я весь урок пыталась не засмеяться, так смешно это выглядит. И тут ты подвернулся. Вот я и не сдержалась. Извини.

– Бельчонок, да ты совсем дите, глупое дите, раз смеешься над такими вещами, – стянув очки с носа, ответил Ален. – Я образованный темный и много читаю. В них это очень удобно делать, чтоб ты знала. Глаза не так устают. И вообще, пошли уже есть. Я голодный тебя тут полдня прождал, а ты хохочешь над глупостями. Кстати, как прошел первый день?!

Приземлившись за стол с подносом еды, я начала рассказывать о новом внезапном знакомстве.

Поведала синшили про Зарину, которая, как оказалось, тоже закончила нашу школу в этом году. Только училась девушка не со мной, а в параллельном классе. Ввиду проблем со здоровьем, она редко появлялась среди учеников, потому я не приметила ее на общественных мероприятиях. Рассказывая об этом, я увидела виновницу моего рассказа. Заметив меня, она замахала рукой и, прихватив какого-то блондина за руку, поспешила в нашу сторону.

Парочка поставила свои подносы рядом с нашими, и Зарина заговорила первая:

– Столько народу, не протолкнуться.

Вы же не против, если мы присоединимся к вам.

– Да… конечно, – сказала им в ответ, покосившись на напарника. – Кстати, Ален, эта та девушка, про которую я говорила. Зарина. А это…? – продолжила я, бросив вопросительный взгляд со стоящего парня на девушку.

– Это мой син. Его зовут Айс, – представила она темного, усаживаясь напротив меня.

– А это мой напарник Ален, – в ответ сказала я, намазывая булочку джемом.

– Будем все знакомы.

Син девушки оказался таким же холодным, как и его имя. Резкие черты лица обрамляли серебристо-белые волосы длиной до плеч, а пронзительный насыщенный синий взор с недоверием взирал на окружающих из-под белесых бровей. И в этом взгляде было не только недоверие, но и какая-то внутренняя опустошенность и... обреченность. Однако, услышав имя моего синшили, он будто пробудился и, опустившись на лавку, потрясенно уставился на Алена.