Рассекающая песнь ветра: Алый

Однако признаю, оказались бездарны и упустили девчонку. Эх, что теперь вспоминать. Как бы там не было, как бы ты ее не защищал не спасал, она все равно вернулась сюда. Это ее судьба, не твоя! Но если хочешь, я подарю и тебе шанс, оставив в этих землях навечно, существовать вместе с нами.

– Я и правда была в этих землях? – тихо прошептала Ника, не веря словам Вайлиса. – Я это не помню.

– И не вспомнишь, ведь эмоции неразрывно связаны с воспоминаниями! А эмоций прошлого у тебя не осталось, – любезно пояснил Вайл, поднимаясь со своего парящего сиденья.

– Даже те, что ты испытываешь сейчас не принадлежат тебе. Частично они поглощаются моей госпожой. Ты, брат, не мог не заметить странностей в Нике, ведь хороший ментал, как наш отец. Ну и пора заканчивать! Отступи, Ален! Отдай мне девчонку! И верни моим слугам их обед, – кинул он равнодушный взгляд в сторону ребенка. – Вам не выбраться живыми отсюда! Это моя территория!

Обернувшись к Нике, я обреченно, понимая, что иного выхода нет, и немного устало спросил:

– Ты боишься высоты?

– Что? Высоты? Если она нас спасет, то нет! – уверенно ответила девушка, озираясь на полчище мар вокруг.

– Отлично. Тогда, чтобы не произошло, не удивляйся. Все вопросы задашь позже, когда будем в безопасности. И прижми этого ребенка к себе покрепче. С него хватит на сегодня впечатлений, – сказал я, и вновь обернулся к безумцу брату.

Сделав с десяток шагов в его сторону, я как обычно усмехнулся и спокойно продолжил:

– Мне тебя жаль, Вайл. И жаль, что я уже не могу тебе помочь.

Но я в состоянии помочь тому, кто мне дорог. Поэтому прости и пойми. Как бы там не было, ты не отнимешь то, что теперь не твое. Упустив, потеряешь навсегда. Ты ведь помнишь мой девиз.

Напомнив об этом, я тяжело вздохнул и обернулся в свой истинный облик. Только так я мог спасти того, кто в данный момент был у меня в приоритете. Конечно, я хотел спасти и брата, но понимал, что должен выбрать кого-то одного. Если он не врет, а он навряд ли врет, я не смогу его отнести в земли людей без вреда для него самого.

Однако даже так, я не испытывал сожалений. Теперь я знаю правду, я вернусь за ним позже.

Глянув краем глаза в сторону бельчонка, понял, что у нее ко мне будет целая уйма вопросов. Теперь я был готов во всем сознаться, лишь бы она опять не обидилась, что обманул с той огненной саламандрой. Мощной струей огня я запустил в свиту брата и, подхватив внизу маленькую фигурку девушки с ребенком, взмахнув крыльями, полетел прочь из этой гиблой пустыни.