По моему хотению

Тогда я и узнала, что дядя Витя ей очень нравится и что он уже успел сделать ей предложение! Но мама благоразумно решила не спешить, а получше присмотреться к кандидату в мужья, ведь каким бы хорошим он нам ни казался, меркантильный интерес нельзя полностью сбрасывать со счетов, слишком мало времени мы знали этого мужчину.

Вот только маме было неприятно поведение соседки, тети Маши. Как только та узрела через забор представителя мужского пола небольшой изношенности и с руками, растущими из правильного места, как тут же активизировалась, принявшись его активно соблазнять, днями «работая» в огороде в весьма нескромных нарядах и позах.

Маму это беспокоило, так как и внешняя моложавость соседки, ее аппетитные формы, да и смазливая мордашка вполне могли привлечь холостяка среднего возраста. Я, конечно же, маму успокаивала, что она выглядит намного лучше тети Маши! И это было чистой правдой!

Моя мама миниатюрная и стройная, с вполне привлекательными формами, очень симпатичная, с очень ей идущей стрижкой вьющихся светло-русых волос.

Но маму мои доводы не слишком успокоили, поэтому я собралась решить эту проблему своим способом.

Наутро после завтрака мама ушла сажать наседок на яйца, а дядя Витя отправился на работу. Оказывается, он с первых дней отказался «сидеть у мамы на шее» и устроился столяром в местную мебельную мастерскую, что добавляло к его активу еще один плюс.

Я же с помощью своего «хотения» мигом навела в доме порядок, помыла посуду и отправилась на ответственное задание.

Поизображав недолго у межевого забора усердную работу по пропалыванию грядки, кажется, с перцами, услышала, как хлопнула входная дверь в доме тети Маши. Похоже, «дичь» клюнула!

Почти сразу к забору, словно пава, подплыла и сама соседка, разодетая, будто матрешка в базарный день! Как мне показалось, в ее наряде присутствовали все семь цветов радуги и еще несколько их оттенков.

— Ой, тезка моя приехала! — приторно и излишне громко заголосила тетя Маша.

— И опять чуть свет, а ты уже маме помогаешь! — И дальше всё в таком роде, и по несколько раз, но другими словами. Невольно подумала, а слышала ли я хоть когда, чтобы она говорила что-то искренне, без наигранности? Похоже, нет.

Я «работала», надеясь, что хоть половина вырванных мною ростков окажется сорняками. Да, я деревенская, но, видимо, не душой. Всегда была далека от огорода и ничего не понимаю в рассаде и уходе за нею.