Дорогами Пустоши

Голос для постороннего человека звучал жутковато и равнодушно, как у автоматона, а лицо практически не двигалось. Худые длинные пальцы в перчатках с увлечением ковырялись в чужих внутренностях, а по помещению разливался сладковатый трупный запах – неудивительно, что в подвал старались не спускаться без крайней необходимости.

Коробка с мясным пирогом из пекарни легла на длинный чистый стол в углу помещения, а сам детектив присел на трехногий табурет, собираясь с мыслями. Не хотелось признаваться, но его беспокоила напарница, показавшая себя лучше, чем он ожидал.

Заботила Дениш в первую очередь тем, что дело о наркотиках, над которым он корпел почти месяц, с её приездом не то что сдвинулось с мертвой точки, а рвануло вперед со скоростью паровоза, став при этом в разы опаснее. Как удержать напарницу в стороне, Соргес не представлял – вон она как в Пустошь рвалась, он такой энтузиазм впервые видел! Не играла на публику, а действительно хотела помочь. Недаром хаврийцев считают безбашенными!

Мужчина тяжело вздохнул и щелкнул пальцами, зажигая огонь в горелке на столе.

Скоро вода в стоящей над ней пузатой колбе забурлила, и Соргес привычно всыпал туда горсть трав. Чаевничать рядом с трупом удовольствие сомнительное, но Гарт не обращал внимания, да и Соргес привык.

– Скука, – вынес вердикт Гарт, накрыв труп простыней, и отошел к раковине, на ходу сдергивая перчатки. – Выпил. Утоп. Случай.

– А парни из третьего отдела наверняка расписали историю в рапорт длиной, – фыркнул детектив, увидев бирку с номером от коллег.

В отличие от Соргеса, третьему отделу Форц благоволил – еще бы, там ведь служил Олфорд, сын министра финансов! Увы, из бездумного потакания не выходило ничего хорошего. Соргес лично видел, как однажды начальнику пришлось выкручиваться перед журналистами, когда важное и опасное дело, о котором «по секрету» растрепал в газету один из оперативников – уж не Нур ли? – оказалось банальной случайностью. Зато парни стали стабильными поставщиками работы Гарту. После той истории оперативники во главе с министерским сынком тянули в морг любой подозрительный труп, предпочитая заранее убедиться в причинах его смерти.

Гарт закончил с водными процедурами и сел напротив Соргеса. Снял очки, с прищуром глядя на детектива, и скептически выжал:

– Хреново?

– Есть немного, – не стал кривить душой Квон. С утра он выпил полфлакона укрепляющего зелья, чтобы заставить себя подняться с тахты, но голова всё еще трещала, как от похмелья.