Сиреневая драма, или Комната смеха

На подоконнике, внутри, за

окном, стоял горшок с анютиными глазками, и «они-то – анютины глазки!» -

подсмеивались язвительные бабульки, – они-то и казались единственными

живыми существами в этом доме, потому чтоони (анютины глазки), и это не

скрылось, и не ускользнуло от внимания наблюдающих, вращали своими

анютиными глазками не хуже, чем сатиры своими вытаращенными, и с

большим интересом наблюдали за тощей воробьихой (будто та была какая-то

богиня любви!), прилетающей скупнуться в луже посреди улицы.

говорили люди, – за окнами зажигали свет, но кроме старинной мебели и

стоящих часов там всё равно никого не бывало!»

Возвращаемся к молодому человеку, о котором надо сказать, что он каждый

день ходил в Парк Культуры и Отдыха и работал там кассиром – продавал

билеты на аттракционы, значит: в «Комнату смеха», в «Лабиринты», а летом -

ещё на Карусель, на «Чёртово колесо» и на Качели.

Возвращаемся к Лизе. Ах, Лиза, Лиза! каждый день! два раза! туда и сюда

проходил он мимо палисадника! и ни разу не скосил глаз в её сторону, ни разу

даже не посмотрел на неё, готовую… да что там говорить…

Как бы гуляя, прохаживалась внучка до речки и назад.

хотелось… трудно суетными словечками передать то, чего хочется

6

влюблённому сердцу. Вот окна, ручка двери… к которой он притрогивается,

крыльцо, заборчик… симпатичный… может ей хотелось приглушить обычными

вещами и картинами необычное, взбудораженное воображение?.

невозможно было…

В последнем доме Лиза ничего особого не могла приметить (хотя, конечно

же, конечно – там жил он и там было всё любимее и желаннее), но, объективно:

«так, стоит себе и ждёт», а вот предпоследний дом – он был будто нарисованный,

будто нарисован каким-нибудь причудливым художником, причудливым

карандашиком и очень привлекал к себе внимание, и девушка, любопытствуя,

пробовала тоже заглянуть в окна, но видела там то же, что и соседи: старинную

мебель, напольные часы и горшок с анютиными глазками.

она заметила, что анютины глазки и сатиры на дверях провожают её взглядом.

Внучка даже приостановилась… потом сделала два шажка назад, потом снова

вперёд, следя за ними; потом приостановилась снова и снова пошла, и те

(анютины глазки и сатиры) тоже – то останавливали свой взгляд, то продолжали

провожать, останавливали взгляд и снова продолжали провожать её взглядом.